Ванда тут же открыла каталог в нужном месте. Фотография была черно-белая, стилизованная под старину. Наш официант растянулся на широкой кровати, закинув руки за голову. Все мышцы были напряжены, холмы и впадины его тела создавали волнующий узор тени. Белая простыня лежала на бедрах небрежными складками и дразнила смотрящих видом голого лобка. Край ткани съехал, открыв, как будто случайно, кусочек члена у основания, остальное дорисовывало воображение. Так и хотелось мысленно потянуть эту мешающую тряпку вниз и увидеть все, что под нею спрятано.
Официант лукаво улыбнулся, довольный нашей реакцией на свой эротический образ, и сказал:
— Определяйтесь с выбором. Я подойду к вам через пять минут.
И он направился к другому столику. Когда мужчина отвернулся, мы получили возможность полюбоваться его крепким обнаженным задом, кокетливо украшенным бантиком передника.
— Ух, горячо! — вздохнула Ванда, обмахиваясь меню, как веером. — Хочешь посмотреть? — она протянула мне каталог с постельными рабами. — Здесь такие роскошные экземпляры. Есть абонемент на час, на два, на три, а есть — на всю ночь. Можно заказать классику, а можно — всякие изысканные штучки-дрючки. Или что пожестче. А вот услуга для таких скромниц, как ты. Называется «Внимание». Без интима, просто сопровождение. Мужчину можно целовать и трогать, в том числе между ног, но ласки языком оплачиваются отдельно.
Я слушала подругу, и у меня горели щеки.
Куда я попала? Куда позволила себя затащить?! Что за логово разврата!
Но уходить не хотелось, и под одобрительным взглядом Ванды я подвинула к себе греховный каталог.
Вдруг музыка стихла, и занавес начал подниматься, открывая сцену, залитую интимным багровым светом. В центре ее стояла клетка, а в ней метался диким зверем сегодняшний лот. Крепкий рослый мужчина в одной набедренной повязке.
— Торги, — с предвкушением шепнула Ванда и подалась вперед, чтобы лучше разглядеть живой товар за решеткой. Но в этом не было необходимости: за сценой вспыхнули экраны, показав полуголого раба крупным планом.
Когда камера приблизилась к лицу мужчины, я шумно вздохнула. Ничего себе красавчик!
А еще поняла, что необычного в новом лоте, какая у него изюминка.
— Редчайший экземпляр! — раздался усиленный микрофоном голос распорядительницы торгов. — Последний представитель вымершей расы!
Зал гудел. Гости «Оазиса» возбужденно шептались и переглядывались, я же смотрела на сцену не в силах поверить своим глазам.
Выждав эффектную паузу, ведущая рядом с клеткой нараспев протянула:
— Дики-и-ий э-э-эльф!
В восторге от сегодняшнего лота женщины за столиками вскочили со своих мест и принялись бурно аплодировать. В ответ причина ажиотажа зарычала и оскалила зубы. Эльф сжал в кулаках прутья решетки, вены на его шее вздулись, мышцы груди напряглись, и на миг мне показалось, что сил мужчины хватит, чтобы погнуть металл, но время шло, гостьи борделя хлопали в ладоши, а бедняга оставался заперт в своей ловушке.
Я не могла отвести от него взгляда.
Широкий разворот плеч. Сильные мускулистые руки. Идеальный сухой рельеф пресса. Развитая тренировками грудь перетекала в узкую талию, а та в еще более узкие бедра, на которых болталась тряпица, закрывающая пах.
Длинные волосы раба серебрились в полутьме и падали на грудь, закрывая соски. Острые уши экзотически торчали. Это был самый эффектный мужчина, которого я когда-либо видела. Его красота была сказочной, неземной, черты лица — произведением искусства.
Зал бесновался. Даже с микрофоном распорядительнице с трудом удавалось его перекрикивать.
— Этот мужчина носит татуировку жреца леса.
На экране позади клетки появилось изображение мускулистой спины. Узлы напряженных мышц соблазнительно перекатывались под кожей. Лопатку украшал замысловатый узор из черных завитушек.
— А это значит, — гремел со сцены торжественный голос, — что он добровольно еще в юности принял обет безбрачия. Этот красивый эльф никогда не был близок с женщиной!
Последние слова вызвали шквал оваций. Зал взревел и не утихал несколько минут.
— Вы можете стать его первой, — опытная ведущая умело распаляла эту бурю. — Покажите красавчику, чего он себя лишил. Хотите взять его? Хотите услышать его стоны? Посмотреть, как он теряет контроль и сходит с ума от страсти и удовольствия? Готовы приручить этого дикого зверя?
— Да! Да! Да! — раздавалось с разных концов зала.
— Тут нам не светит, — шепнула Ванда мне на ухо, кивнув в сторону сцены. — Ставки будут заоблачные, такие, что даже твой тугой карман не выдержит. Давай что ли закажем кого-нибудь из меню?
Не дождавшись ответа, она жестом подозвала к себе знакомого официанта. Тот подошел к нашему столику с мягкой загадочной улыбкой.
— Уже определились?
— Да, красавчик, хочу тебя, — Ванда похлопала ладонью по соседнему стулу. — Услуга «Внимание» и «Ласки языком».
Улыбка официанта стала шире. На миг он опустил ресницы в наигранном смущении, а затем посмотрел на мою подругу таким порочным взглядом, что та зарделась.
