пути домой, я направляюсь в гостиную. Мама и Элис бездельничают на диване, смотря
фильм, но обе оборачиваются на запах еды, плывущий по воздуху.
— Ты купил пиццу? — Элис подпрыгивает и забирает у меня коробки. — Спасибо!
Зайдя в кабинет, я оставляю там ноутбук и возвращаюсь, чтобы тоже перехватить
еды. С куском пиццы в руках я сажусь на диван между ними и кладу ноги на кофейный
столик.
— Что-то интересное на работе? — спрашивает Элис, орошая меня крошками от
пиццы, вылетевшими из ее рта. Я изображаю, что вытираю их с лица. Она смеется. —
Черт, прости.
— Все в порядке. Было довольно интересно, в самом деле. Но не так, чтобы
вдаваться в детали. Я уволил кое-кого, кто пытался под меня рыть.
Элис закидывает ноги на диван.
— Ох! Что ты говоришь!
— Ты жутко назойлива, — ругает ее мама и хлопает по ногам, — и опусти ноги.
— Мама права. Лучше тебе не знать. Помнишь всю ту драму с твоей подругой
Холли? — напоминаю я ей, взяв новый кусок пиццы.
— Эй, отрежь мне кусочек. Я не знала, что она работала на твою психованную
бывшую жену.
— Без «психованная», пожалуйста. Она просто моя бывшая жена.
Элис морщит носик.
— Почему ты встал на защиту? Это странно. Это потому, что она приехала в дом
престарелых? Ты чувствуешь, что своего рода обязан ей?
Я скрежету несуществующим песком на зубах.
— Элис, достаточно.
— Ну уж нет! — Она выпрямиляется на диване и поворачивается лицом ко мне. —
Почему ты взял ее с собой? Зачем она приезжала на похороны? После всего, что она
сделала с тобой, почему ты все еще хорошо к ней относишься? Ты забыл план, которого
изначально придерживался? Ты хотел ее уничтожить. Поэтому скажи мне, Алекс, что
изменилось за последние несколько недель?
Нет было ни одной причины, по которой я должен отвечать на вопросы сестры. Я
не должен держать перед ней отчет, вообще-то. И ничего объяснять. Если я хочу
защищать Либби, то, черт возьми, буду это делать.
— Не собираюсь с тобой разговаривать, пока ты не успокоишься.
Я встаю с дивана и направляюсь в свой кабинет, чтобы сбежать от этого.
Закрыв за собой дверь, я слышу, как мама высказывает Элис свое мнение. Да, ей
стоит это сделать. Для нее это было в порядке вещей — положиться на Либби после
смерти бабушки, но теперь она не хочет иметь с ней дел. В смысле, я понимаю, из-за чего
она огорчена, но это смешно.
Сидя за столом, я просматриваю свои письма и проверяю обновления последних
извещений от Наблюдателя. И они были, ожидали в моем почтовом ящике, чтобы я их
открыл. Коллекция новых фотографий. Удивительно, они все о Либби: Прибытие в офис.
Отъезд с Дэниелом.
Ланч.
Практически обычный день в офисе для нее. Она ведет себя так, будто ничего не
произошло, и меня вообще не существует в ее жизни несколько недель назад. Все мои
звонки все еще переводились на голосовую почту, электронные письма оставались без
ответа, ее помощник отказывался передать сообщение. Я застрял вне возможности до нее
добраться.
— Вообще-то нет. — Я встряхиваю головой, рассеивая идиотские мысли. Идея
заманить ее в засаду снова закрадывается в голову. — Давай другую, — произношу я со
вздохом.
Но я знаю, что это безнадежно, и ничего не могу сделать, пока она не отвечала.
Либби держит меня за яйца.
Я стал буквально одержим.
В действительности, мне стоит закончить эту игру и сосредоточиться на ее брате-
придурке.
Но вот вопрос: хочу ли я держаться от Либби подальше? Я уже знаю ответ.
Нет, черт меня дери, не хочу.
Глава 14
Всю прошлую неделю от моего частного сыщика приходило все меньше и меньше
фотографий. Почти за сорок восемь часов я не получил ничего.
Вообще ничего.
Бенедикт заверил меня, что все на мази, и он свяжется непосредственно с самим
Наблюдателем, но меня это не убедило. Какая ирония, что картинки перестали приходить
сразу после того, как я уволил Айви. Вне сомнений, она рыдала на плече Дэйла, говорила
ему о фотографиях, на которых они вместе. И теперь этот ублюдок, вероятно, нашел
способ помешать моему парню выполнять свою работу.
— Мне нужны эти фото, чтобы следить за ней. Позвони этому типу и узнай, какого
черта творится? — рявкаю я в телефон Бенедикту.
— Уже занимаюсь, я уже этим занят, — заверяет он меня, но я ощущаю все, что
угодно, только не умиротворение. Если Либби спалила слежку, тогда я в дерьме. По
крайней мере, сейчас я могу наблюдать за ней издалека. Это неидеальный вариант, и я все
еще чувствую себя неудачником, но это все же лучше, чем ничего. — Я сейчас же ему
позвоню.
— Дай мне знать, что он скажет.
Я разъединяю звонок, бросив Bluetooth-гарнитуру на стол, и откидываюсь на
спинку кресла, закрыв глаза.
Я благодарю глухую тишину вокруг себя.
Впервые за последние три недели моя квартира пуста, потому что мать с сестрой
вернулись в свой дом. Это было здорово — жить рядом с ними, но с работой были
неполадки. Каждый раз, когда я пытался начать что-то делать, они отвлекали меня своими
заботами. Отчасти из-за этого прошлые три недели я старался работать ночами, чтобы
