Короче, Анатолий женился на Катерине, которая родила ему троих мальчиков и одну девочку. Но что интересное, никто из детей не был похож ни на Анатолия, ни на Катерину. Причем, самое разительное между ними отличие заключалось в том, что Анатолий с Катериной были брюнеты, а дети – блондины. Когда они донимали своим баловством Анатолия, то он часто им говорил: «Вас белобрысых я отправлю в Скандинавию. Вот там вы, альбиносы маленькие, сойдете за своих. И в кого вы такие бесцветные?» На что однажды младший сын, самый острый из всех детей на язык, сказал ему: «Эх, папа, радуйся, что ты хочешь нас туда послать. Я посмотрел бы на тебя, если бы тебе пришлось послать нас в Африку». Эти слова сына так рассмешили Анатолия, что он от смеха готов был полезть на стену. У него случился настоящий припадок, от которого он чуть было не отдал Богу душу. Его спасла Катерина, высыпавшая на его голову кубики льда. Несколько ледяных кубиков попали Анатолию за шиворот рубашки, от чего он, закричав фальцетом, запрыгал по комнате и тем самым рассмешил Катерину. Она так безудержно залилась смехом, что пришлось уже Анатолию успокаивать ее. Недолго думая, он взял Катерину на руки и, уложив ее ванне, пустил на нее холодный душ. С довольным видом поливая жену, он не заметил, как сзади к нему подкрались дети, которые ловко столкнули его в ту же ванну, где визжала от холода их мать.
Вообще, эта семья была сравнима с экспансивной итальянской семьей. Впрочем, что касается итальянской семьи – это случай особый.
Анатолий любил Италию и все, что было с ней связанно. Откуда у него взялось это, прямо скажем, непатриотическое чувство, неизвестно. Хотя, если верить в прошлую жизнь человека, то вполне возможно, что Анатолий был в ней именно итальянцем и даже может, звали его тогда Антонио, что почти одно и то же с его нынешним именем. Во всяком случае, на выходца с Апеннин он внешне весьма и весьма походил.
Своей любовью к Италии Анатолий поначалу заразил Катерину, а потом, по очереди, и всех детей. Когда по телевизору показывали итальянский фильм, то все, чем бы они ни занимались, все бросали и прилипали к экрану. Особенно им нравились фильмы 50-х и 60-х годов прошлого века, где блистали своей игрой плеяда замечательных итальянских актеров: Анна Маньяни, Софи Лорен, Викторио Гассман, Марчелло Мастроянни – какие имена! Признаться, глядя на них и их героев, трудно было не влюбиться в Италию.
Когда дети шутили, а шутили они всегда, то друг друга называли итальянскими именами.
«Пипинно пойди за хлебом!» – на всю округу кричала с балкона сестра младшему брату, который гулял во дворе. – «Лолита, у меня денег нет», – отвечал тот так же криком. – «Сейчас тебе Марчелло принесет деньги!» – «Пусть тогда он и идет!» – «Он не может, у него нога болит!» – «А где Лино? А у него что, зад болит?! Пипинно, Пипинно, всегда Пипинно!»
Вот таким образом они часто переговаривались и при этом активно жестикулировали.
Жила эта семья в многоэтажном доме, что в народе называют сталинкой. Все жители этого дома, а так же близлежащих домов знали Анатолия – всем он был известен как мастер на все руки. Если у кого-то в квартире происходила какая-нибудь «авария», то все обращались именно к нему. Он никому не отказывал и брался за любую работу, делая ее качественно и предельно аккуратно. Поэтому он заслужил славу добросовестного мастера и добропорядочного человека. Для всех его добропорядочность заключалась в том, что за оказанные услуги он взимал с них небольшие деньги. Каждый давал Анатолию столько, сколько мог себе позволить, за что он говорил им только спасибо.
Была еще зима, ее последний месяц, но от снега уже не осталось и следа. Надоевшая слякоть вернется уже не скоро. Довольный этим фактом, Анатолий подтянулся и отошел от окна. Он сел за свой рабочий стол и продолжил починку соседского телевизора. Жена вышла в магазин, а дети в своей комнате играли в карты. Анатолий слышал, как за хроническое мошенничество младший постоянно получал от старших подзатыльники. Младший от побоев хныкал, но его предупреждали, чтобы он этого не делал, а иначе Дон услышит базар и всех их разгонит. Доном между собой дети называли Анатолия. Катерину же, они окрестили мамой Джиной.
Раздался звонок в дверь, открыв которую Анатолий увидел перед собой соседа, чей телевизор он чинил. Звали его Федором.
– Если ты за телевизором, – сказал Анатолий, – то он еще не готов. Я советую тебе его продать. Наверняка же есть такие, кто любит старину. Он же у тебя антикварным стал. Сейчас днем с огнем такой аппарат не сыщешь.
– Я давно бы новый купил, но денег нет, – произнес Федор, почесывая свой затылок. – У меня все деньги на еду уходят.
– Я тебя понимаю, с твоей-то половиной, – посочувствовал ему Анатолий. – Сколько она весит у тебя? Килограмм двести, наверно, не меньше.
– Не взвешивал, не знаю. Но где-то около того будет. Эх, что об этом говорить.
– Да, тут говорить уже бесполезно.
