Музы и мелодии полностью

Зои открыла рот.

— Теперь понимаешь? — Я передвинулся за островок, чтобы между нами было хоть какое-то материальное препятствие. — Я не хотел использовать тебя таким образом. Ты можешь честно сказать, что желала трахнуться, когда за тонкой занавеской были стюардесса и пилоты?

Она слегка отстранилась, задумчиво нахмурив лоб.

— Ну, я бы не стала использовать именно это слово. Что касается ситуации: тогда мне было все равно, даже если бы за занавеской притаились журналисты.

Я застонал и схватился за края островка.

— В этом-то и проблема. Тебе было все равно, а я почти не соображал, поэтому поступил ответственно и дал нам обоим время собраться с мыслями.

— И это заняло неделю?

Зои скрестила руки на груди, и я заметил, что на ней нет лифчика.

Отлично, теперь у меня кроме стояка еще и слюнки текут.

— Возможно, у меня есть проблемы с общением.

— Возможно? — огрызнулась она. — И к сведению: ты не используешь меня, если я сама соглашаюсь.

Это заставило меня замолчать.

— Соглашаешься? У меня в голове сейчас крутится столько неуместных комментариев.

— Никсон! — Зои оттолкнулась от островка и вздохнула. — Ладно, ты прав. Оглядываясь назад, я, вероятно, была бы сильно смущена из-за аудитории и места. Но именно что «оглядываясь назад», а не в тот момент. Ты умеешь отключать мой здравый смысл.

— То то же. Я трах... — я поморщился, — у меня было много женщин. Меня никогда не волновало, жалели ли они потом, потому что были согласны и до, и вовремя.

— Конечно. Ты рок-звезда. Все тебя хотят, — она всплеснула руками и закатила глаза.

— Ты знаешь, что я не это имел в виду. Мне не безразлично, пожалеешь ли ты, Зои. Мне не безразлично, что ты думаешь. Я забочусь о том, чтобы быть в правильном настроении, когда дело доходит до того, чтобы прикоснуться к тебе. Потому что я больше забочусь о твоих чувствах, чем о том, чтобы дотронуться до тебя. И поверь мне, это впервые. — Я указал на нее. — И не смей нести чушь о том, что я тебя не хочу. Я хочу тебя так сильно, что у меня встает, как только чувствую запах чертова кокоса!

— Что ж, держу пари, с тобой будет весело в продуктовом отделе. — Тень улыбки искривила ее губы.

— Мне запрещено заходить в местный продуктовый магазин.

Она рассмеялась.

— Ты меня с ума сведешь. Сама говорила, как важна для тебя работа, а теперь злишься, когда я пытался сохранить некоторую дистанцию между нами для твоего же блага.

Она внимательно изучала меня.

— Теперь ты закончил «сохранять дистанцию»?

— Не знаю, — правдиво ответил.

— А я знаю, — она сглотнула. — Я хочу того, что между нами.

Мои глаза расширились, а сердце замерло.

— Хочешь? А как же работа? Я имею в виду, я бы никогда не позволил Бену уволить тебя, но знаю, что ты беспокоишься о мнении других.

Она глубоко вздохнула.

— Я решила, что если ты по-настоящему хочешь быть со мной, тогда я готова рискнуть, какими бы ни были последствия.

Я уставился на нее с открытым ртом. Она думала, что я стоил того, чтобы рискнуть. Она решила рискнуть из-за парня, который зарекомендовал себя как человек, на которого нельзя положиться. Идеальная, великолепная, соблюдающая правила Зои не просто выходила за свои четкие рамки, она их полностью стирала. Ради меня.

— Скажи что-нибудь, — умоляла она практически шепотом.

Мне надо это заслужить.

— Хорошо, — кивнул я.

— Хорошо?

— В ближайшие шесть дней у нас два концерта. Позвольте мне пережить их без... — Алкоголя. Наркотиков. Секса. — А потом посмотрим. Мне нужно знать, что я тебя не использую.

В кухне повисла напряженная тишина.

— Ладно, — наконец сказала Зои, нарушая тишину, но не снимая напряжения. — Но… — она вздрогнула и отвела взгляд, прежде чем взять себя в руки и встретиться со мной взглядом. — Но если ты в конечном итоге используешь кого-то еще, но не меня… не знаю, что тогда…

— Этого не случится.

На это нет ни малейшего шанса.

— Я уверена, что ты говоришь серьезно, но хорошо знаю, что происходит за кулисами, Никс.

Я обошел островок и взял ее лицо в ладони.

— Ты такая же новенькая в этом, как и я. И я говорю тебе, что мне не нужен никто другой.

На данный момент.

Вспышка грусти в ее глазах сказала все за нее.

— Я обещаю. Никто кроме тебя. — Никогда в жизни я не обещал этого другой женщине. С другой стороны, я никогда не встречал ту, которую хотел бы оставить себе.

— Окей. — Она встала, коснулась губами моих губ и ушла, прихватив ежедневник и телефон. — А теперь собирайся.

— Вот так просто? — спросил я.

— Именно так, — согласилась она. — Ты дал мне обещание. Я верю, что ты сохранишь его. Вот так просто. Одна неделя.

— Шесть дней! — возразил я, когда она вышла, бросив мне через плечо улыбку.

Это будут самые долгие шесть дней в моей жизни.

12 глава

ЗОИ

Это были самые долгие шесть дней в моей жизни.