Он обернулся к ней – чёрная непроницаемая тень, огромная хищная птица с узкими прорезями для глаз – и девушка, поддавшись секундной слабости, отступила на шаг. Пальцы под плащом невольно сжали рукоять кинжала.
– Вы оспариваете мои решения, сударыня? – спросил Диомар после приличной паузы. – Хватит и того, что моя команда высказала своё недовольство мне в лицо, но выслушивать девичьи причитания я не намерен. Господин Паук знал законы нашей большой семьи, и он посмел нарушить один из них. За что и поплатился.
Он как бы между прочим пожал плечами, так равнодушно, что у Амелии этот жест вызвал лишь возмущение:
– А вам не кажется, что вы погорячились? Что перегнули палку?
– Ваша заинтересованность начинает меня раздражать. Уж не ошибся ли я? Вы дали де Бреваю повод, о котором я не догадался?
– Это просто чушь! Я бы никогда… – она едва не задыхалась от негодования.
– Как вы смеете даже предполагать такое?!
– Тогда забудьте о нём.
– Не могу, когда смерть человека остаётся на моей совести!
Диомар сделал шаг навстречу. Затем ещё один. В шуме дождя двигался он совсем тихо, как кошка, и у Амелии возникло странное ощущение, будто бы перед ней шагает призрак. Она вспомнила свои сны, вспомнила отца и его образ, сделала глубокий вдох и утёрла с лица капли. Она не отступит и не позволит ему играть с нею, как с мышкой, только не теперь.
– Скажите мне, почему вы его убили?
– Из-за вас, сударыня. Вы – часть этой семьи. Он причинил вам боль, я сделал то же с ним. Вот и всё.
Удивительно, как он мог говорить об этом, словно не осознавал всего ужаса произошедшего. Но Амелию больше не интересовал де Бревай. Пират лишь попался под руку, такова оказалась его судьба.
– Нет, не всё! Вы лжёте, и мы оба это знаем! – воскликнула она, желая перекричать шум грозы. – Скажите мне правду!
– Иной правды нет. Возвращайтесь домой, леди Стерлинг.
Он хотел пройти мимо, так что ещё немного, и она смотрела бы ему в спину, оставшись ни с чем. Тогда резким движением она вынула меч, отбросила ножны в сторону и направила его на капитана. Острие длинного клинка замерло в каких-то дюймах от его груди.
– Вы и понятия не имеете, с каким огнём играете, сударыня, – задумчиво произнёс он, однако Амелия расслышала явную угрозу. – Откуда у вас меч?
– Одолжила его у вашей помощницы. Только прошу вас, не наказывайте её! Она ничего не знает. Лишь то, что я хотела поговорить с вами.
– Это, по-вашему, разговор? Если будете так вести диалоги, то смерть придёт за вами куда быстрее…
Что-то странное, потустороннее было в его голосе, и она ощутила дрожь глубоко внутри. Как будто он обращался не к ней, а к кому-то другому – кошмару или видению, возникшему между ними. Диомар дёрнулся, сделав шаг, тогда Амелия решилась на выпад: прокрутив перед ним меч, держась за рукоять, она заставила мужчину остановиться. Начался настоящий ливень, палубу нещадно заливало, а девушка и пират стояли, замерев. Она не пропускала его, а он не двигался. Когда он снова заговорил, угроза в его красивом голосе показалась куда яснее:
– Какой правды вы желаете? Чего именно хотите от меня?
– Вы и сами знаете. Снимите шлем и покажите мне, кто вы! Ибо то, кем вы являетесь на самом деле, заставило вас так поступить с Пауком! Я знаю! Я не сумасшедшая!
– Но меч, что мелькает перед моим носом сейчас, в ваших руках…
– Снимайте шлем! – Её отчаянный крик слился с новым раскатом грома.
– Хватит прятаться! Я не позволю вам уйти, пока вы не откроете мне правду!
Пират тряхнул плечами, и полы его тяжёлого чёрного плаща разомкнулись. На мгновение на поясе мелькнуло лезвие, через секунду в его руке возникла шпага, чей вес, длинный эфес и резная гарда на рукояти были явным преимуществом по сравнению с мечом.
Длинная коса Амелии намокла, короткие волосы у лба прилипли к коже, а дождь лил стеной, перекрывая обзор. Схватившись обеими руками за меч, она снова сделала выпад и взмах. Ещё раз, и ещё, и снова! Диомар не отражал её ударов, просто уворачивался, скользя по палубе с грацией хищника. Она действовала слишком медленно, она замёрзла и устала. Но поздно было отступать.
– Снимите же шлем, трус проклятый! – крикнула она, сделав очередной взмах.
Их лезвия встретились рёбрами, издав характерный звук. Амелия всем своим дрожащим телом ощутила этот удар и едва не поскользнулась, удачно уклонившись. Теперь Диомар нападал, но делал это вызывающе лениво, будто равнодушно. Чтобы отразить его удары, она растратила последние силы. Промокший плащ лишь утяжелял, и ноги скользили по палубе. Удивительно было, как пират ловко наступал на неё в таком ливне, словно танцевал на песке.
Ещё одна атака, ещё одна защита, но на этот раз ему удалось сбить её с ног. Он встал над нею, занеся шпагу для атаки – чёрный призрак из нескончаемых кошмаров – и всё, что Амелия могла сделать, это отразить последний удар. Меч выпал из её руки, звякнув о палубу. И она подумала, совсем как тогда, много лет назад, когда ей было всего восемь, а позади неё горел древний замок и его обитатели: ещё немного, и она умрёт. Всё кончится, её просто не станет.
