– Я всегда за хорошее кино.
Света проводила коллегу в свою комнату, включила торшер и затем запустила на проекторе японский ужастик «Звонок».
Обе части они просмотрели в напряжении и даже вздрогнули на той самой страшной сцене всего мирового кинематографа, когда антагонистка фильма показала себя во всей красе.
Правда, на «нулевой» части трилогии антиквар и его коллега неожиданно задремали. Осипов держался до последнего, но когда Света склонила голову на его плечо и засопела, то он и сам стал клевать носом.
Их не потревожил даже звонок в дверь.
– Здравствуйте, Анна Евгеньевна! – сказал Роман.
– Привет! Тебе кого? – изумилась Анна.
– А Света дома?
– Да. Но она к тебе не выйдет, сам должен понимать.
– Вы ведёте себя, как старомодная женщина. Наше поколение выясняет отношения совсем не так!
– После вашего расставания она вольна делать всё, что угодно и перед тобой не отчитываться.
– Мне это надоело.
С этими словами Рома громко протопал к двери её комнаты и распахнул дверь. Вышедший на громкие голоса отец не успел преградить дорогу.
В приглушённом свете торшера перед ним открылась без преувеличения идиллическая картина.
Света мирно дремала, положив голову на плечо стареющего антиквара. Мужчина в свою очередь бережно обхватил рукой её плечо и также сидел с закрытыми глазами. На фоне этого всего несчастные японцы умирали от взгляда Садако4.
Ничего не говоря, Роман развернулся на пятках и пулей вылетел из их квартиры. Он был обескуражен.
Мама же аккуратно заглянула в комнату Светланы, хмыкнула и закрыла дверь.
В этот момент Света открыла глаза и отстранилась от своего коллеги.
– Мы оба молодцы. Теперь он подумает, что у нас с вами роман.
Антиквар с доброй ухмылкой пожал плечами и сказал:
– Коллега, скажу вам вот что. Список людей, чьё мнение меня волнует, очень короток. И ваш бывший молодой человек в него не входит. Вам также настоятельно рекомендую свой список ограничить.
Света виновато улыбнулась.
– Я же не просила вас мне подыграть! Я понимаю, что вы просто хотели меня утешить и поддержать.
– Света, полно вам, – мягко осадил её Осипов. – Любой джентльмен на моём месте поступил бы так же! Кстати, предлагаю прогуляться, подышать вечерней прохладой и обсудить киносеанс.
По дороге от Автовокзала до Цирка Матвей рассуждал.
– Я понял, что вы хотели мне сказать при помощи киносеанса, коллега. Дескать, дух украшения – это не злобный мстящий чёрт, а сам жертва людской злобы.
– Вы со мной не согласны?
Разговаривая, они дошли до знаменитого долгостроя, где должна когда-нибудь открыться гостиница. Оттуда открывался вид на ещё один долгострой – телебашню.
– Я не знаю, во что верить, – искренне признался Матвей. – Каждая вещь в моём магазине хранит в себе историю, подчас очень страшную, а иногда и бесконечно печальную. Киселёв – далеко не первый человек, который обратился ко мне с просьбой узнать историю вещи, Света. Поэтому будьте осторожны и действуйте по инструкции. Пишите мне каждый день. Я верю, что вы найдёте ответы в Чехии. Путешествие начнётся завтра…
На следующий день Осипов вместе с её отцом провожал Свету на воздушное судно. Матвей не уходил из зала до тех пор, пока рыжая шевелюра не исчезла на паспортном контроле и пока Света не обернулась, чтобы помахать рукой на прощание.
За полтора часа в зале ожидания Светлана приобрела себе маленькую книжку (чтобы не заснуть) и маленькую бутылочку виски. Как выразилась бы её покойная бабушка, кто-то там наверху примет за лекарство.
Попутчиками, к её вящей радости, оказалась милая пожилая пара. Они всё время спали, изредка прерываясь на походы в туалет и на обед – как впрочем, и она сама. Света не умела засыпать в самолёте, поэтому она просто включила музыку в маленьких наушниках. Когда в её подборке заиграли панки-сказочники, то Света невольно вспомнила Матвея – его вечно бликующие очки, чуть растерянную улыбку, и то, как он волновался, прощаясь. Наверное, эта музыка могла бы звучать в его магазине.
Посадку самолёта в Пардубице все встретили традиционными аплодисментами. Светлана, резко ощутив на себе всю тяжесть смены часовых поясов, на ватных ногах и с головной болью вползла в туристический автобус. На этот раз бодрая пожилая попутчица подхватила её за руки.
– Ну-ну, бедная девочка. Укачало? Вот тебе таблетка.
– Спасибо вам!
Свете совсем немного полегчало от заботы доброй женщины.
В автобусе всех поприветствовал гид. Он что-то долго рассказывал о нравах пражан, но Свете было не слышно из-за головной боли. Парень продавал новые экскурсии и рекламировал «экскурсии с привидениями», но Свете было неинтересно.
За два часа езды из Пардубице Света немного пришла в себя.
– Какой у вас отель? – спросил гид, когда половина туристов уже разошлась по своим гостиницам.
– Mestske central inn, – ответила она.
– Наш водитель говорит, что знает вас, и что вам необходимо будет уехать в Чешский Крумлов. Может быть, желаете туда экскурсию?
Она купила эту экскурсию и тут же более твёрдой походкой направилась к водителю автобуса, чтобы посмотреть, кто это. Знать её в Чехии мог только один человек, связанный с туризмом.
