Интересно, что современная оценка творчества Сметаны за пределами его родины в значительной степени основана на трагической глубине оперы «Далибор» и обоих его струнных квартетах. Стремление к монументальности в симфонических поэмах и серьезных операх, попытка синтеза глубинных истоков чешской народной музыки с выразительной силой симфонических картин в духе Ференца Листа или музыкальной драмы в стиле Рихарда Вагнера представляются нашим современникам более важными элементами творчества Сметаны, нежели безудержная веселая буффонада «Проданной невесты», которая, собственно, и обеспечила ему прорыв в высшее музыкальное общество и мировое признание. Творчество Сметаны завоевало чешской музыке почетное место на Олимпе европейского искусства и вечную благодарность соотечественников, для которых он был и остается создателем чешской национальной музыки. Стоит обратить внимание на то, что Чехия, подобно другим пробуждающимся европейским нациям, обрела собственный музыкальный голос лишь во второй половине XIX века в симфониях Дворжака и симфонических картинах и операх Сметаны, хотя Богемия и Моравия славились своим музыкальным искусством с незапамятных времен — первые упоминания относятся к XI столетию. Еще в XVIII веке английский музыкальный писатель Чарльз Берни называл прославившуюся многочисленными музыкальными талантами Богемию «консерваторией Европы». На чешскую культуру чрезвычайно неблагоприятное влияние оказал контрреформаторский централизм Габсбургов в период после окончания Тридцатилетней войны, который привел не только к утрате чешской государственности, но и в значительной мере к утрате чешским народом свой национально-культурной самобытности. В начале XIX века, в период «домартовской реставрации», предшествовавшей вспышке революционного движения в Европе в 1848 году, начинается возрождение чешской культуры, которому, как ни странно, во многом поспособствовали немецкие общественные и культурные течения, сыгравшие в чешском национальном возрождении большую роль, нежели революционные идеи, пришедшие из Франции. На баррикадах Пражской революции 1848–1849 годов, направленной против режима Меттерниха, чехи и богемские немцы сражались плечом к плечу, но затем их пути разошлись навсегда, ибо чехи прониклись националистическим духом того времени. В ходе этой метаморфозы чехам впервые стало ясно, до какой степени над их музыкой довлеет чуждая консервативная традиция. Сметане удалось за короткое время поднять музыку посредственных провинциальных композиторов местного значения на высоту великолепного национального искусства, и это является творческим подвигом, равный которому найти в истории весьма непросто. Подобное дано совершить лишь великому художнику, движимому великой идеей. На пути к высшим художественным достижениям творчеством Сметаны двигало не только пламя, раздуваемое весенним ветром национального пробуждения, но и вполне рациональные мотивы, позволившие ему успешно адаптировать новые художественные течения того времени к собственному творческому языку. Говоря словами Вацлава Гельферта, Сметана был мыслителем, который «создавал большие художественные организмы, сочетая неустанный и строгий интеллектуальный труд с пламенем ненасытной творческой страсти».
Бедржих Сметана, родившийся 2 марта 1824 года в сонном городке Литомышль, расположенном к востоку от Праги, был одиннадцатым ребенком в семье арендатора пивоварни в местном замке Франтишека Сметаны и его жены Барбары. В его семейном кругу ведущая роль принадлежала отцу, который благодаря усердию, уму и деловой осмотрительности вскоре стал собственником дома на рыночной площади. Отец занимал видное положение в городе, был завзятым охотником и музыкантом-любителем и детство Бедржиха было не только радостным и безоблачным, но и полным музыкальных впечатлений. Отец был настроен весьма патриотически и заботился о том, чтобы у детей пробудился интерес к чешскому песенному фольклору. В доме часто музицировали, в основном в форме струнного квартета, и отец еще в раннем детстве научил Бедржиха играть на скрипке. Однако уже в скором времени он стал отдавать особое предпочтение фортепиано, о чем так написал в дневнике: «Когда мне исполнилось четыре года, отец обучил меня музыкальному такту, в пять лет я пошел в школу и в это же время научился играть на скрипке и фортепиано». Дарование пианиста Бедржих смог публично продемонстрировать уже в 6 лет, выступив перед «Академией философов», организованной в Литомышле в октябре 1830 года. Это выступление принесло ему славу вундеркинда.
