За окнами завывает ветер и срывает последние листья с деревьев, нещадно стучит в окна тяжелыми каплями дождь. Небо скрыто серыми тучами, из-за чего в обычно светлом коридоре темно и неуютно. Хун тянется рукой к выключателю, но ладонь перехватывают и тянут куда-то в сторону. Парень поднимает невидящий взгляд и промаргивается, прежде чем увидеть перед собой Кенсу. Брюнет смотрит на него слегка замученно своими большими глазами, под которыми пролегли тени от недосыпа.
— Только не злись, ладно? — тихо говорит До, сжимая холодными пальцами его ладонь. Сехун приподнимает бровь, якобы готовый слушать. Якобы. Слишком много этого слова во всем, что он делает и говорит в последнее время. На самом деле ему абсолютно все равно, что и на этот раз скажет Кенсу.
Старший вздыхает и достает из кармана джинсов телефон, быстро водя пальцами по дисплею, загружает какую-то страницу и неуверенно отдает мобильный айдолу.
«Ким Соён и О Сехун были замечены вместе в ресторане…»
«Тайная завеса отношений между двумя айдолами, наконец, приоткрывается…»
«Милое поздравление в честь Дня рождения О Сехуна от актрисы Ким Соён поразило фанатов своей чувственностью…»
«Новая пара K&T Entertainment снова порадовала поклонников парными вещами…»
Сехун хмыкает и отдает телефон владельцу. Он уже собирается уйти, как слова Кенсу вновь останавливают его:
— На следующей неделе… Агентство выпустит официальное заявление о том, что вы состоите в отношениях.
Блондин сглатывает и зажмуривается, стараясь прогнать все лишние мысли, но сердце предательски ухает куда-то вниз, а дыхание перехватывает, заставляя парня судорожно хватать воздух ртом. Сехун сжимает кулаки, преодолевая желание бессильно закричать, и все-таки покидает здание.
Дождь по-прежнему стеной, ветер сбивает с ног, серые тучи никак не желают расходиться, а Сехун совсем потерян. Впервые в жизни он чувствует, как что-то внутри обрывается и обреченность затапливает с ног до головы, не упуская ни единой частички Хуна. Она словно океан, которому нет конца, а Сехун посреди беспокойной воды, напуганный и желающий жить, но вот огромная волна накрывает с головой… А сил для сопротивления все меньше.
***
Сехун пытается привычно отшутиться, все еще надеясь, что Лухан поднимет на него взгляд и снова ответит колкостью, а потом уткнется в новую книжку, закутавшись в кокон из одеял. Он мысленно просит высшие силы, чтобы так и случилось, потому что реакция Лухана, как глоток свежего воздуха, вновь поселит в нем изо дня в день угасающий огонек спокойствия и заставит забыть о том, что мучит. Парень слышит свой сквозящий неуверенностью и тревогой голос, будто со стороны, и ему становится противно от самого себя.
Ведь Лу Хань подумает, что он жалкий трус, который боится за свою карьеру.
Старший снова попытается сбежать, чтобы не доставлять проблем.
В его глупой голове снова поселится мысль, что Сехун играет.
— Почему ты так рано? — Сехун нервно передергивает плечами, слыша хриплый, надломленный голос молодого человека. — Съемки… все еще продолжаются.
Се оборачивается, так и не развязав до конца сдавливающий шею галстук и сразу же натыкается на внимательный, но усталый взгляд Ханя. Хён сидит на полу, впутав пальцы наверняка замерзших ног в мягкий белый ворс ковра. Одеяло сползло с одного плеча, и Лу слегка повел им, будто стряхивая неприятное ощущение холода.
Актер на самом деле не знает, как сказать о том, что он просто сбежал, проигнорировав крики нового менеджера.
Потому что Юн ему не указ.
Она никогда не заставит его делать то, что ему не нравится.
Только по той простой причине, что она не Лу Хань.
— Лу, — начинает Хун, мысленно коря себя за то, что собирается рассказать Лухану. Он опускается рядом со старшим и долго смотрит на его профиль. Хань не поворачивается, а лишь сильнее стискивает в руках край старой домашней майки. Младший хочет прикоснуться к растрепанным, выкрашенным в бледный розовый волосам Лу, убрать отросшую челку со лба и разгладить проступающие складочки недовольства. Он еле сдерживается, чтобы не уткнуться в пахнущую его гелем для душа шею старшего и не поцеловать острую ключицу. Лухан сейчас скорее оттолкнет его, чем примет ласку, в которой так сильно нуждаются оба.
— Просто, — шепчет Хань и прикрывает глаза. Сехун хочет поцеловать трепещущие реснички и убрать с его лица выражение полной беспомощности. — Просто скажи, что я мешаю. Скажи это и отпусти меня, черт возьми.
Лухан слышит, как Сехун хмыкает и отворачивается, но не встает с пола, все также продолжая сидеть близко, прислонившись своим плечом к его.
— Это так похоже на ту клоунаду, в которой я принимаю участие каждый день, — усмехнулся младший, и Лу, наконец, повернул голову в его сторону, заметив, что брюнет начинает закипать. — «Отпусти, забудь, мы не сможем быть вместе, это все ради нас»… Как долго ты собираешься кормить меня банальными фразами из дешевой мыльной оперы? Почему так происходит с каждым и, главное, зачем ты копируешь остальных?
— Сехун…