За заботами о самочувствии всех вместе взятых прошел целый вечер. Доктора больницы уже были наслышаны о дружно ревущей и подрывающей собственное здоровье компании пациента О Сехуна, который мирно отдыхал под наблюдением дежурного врача. В себя Се пришел лишь на некоторое время, вскоре не выдержав нагрузки на и без того слабый организм. Его жизни ничего не угрожало, как сказал лечащий врач: «Кризис миновал. Теперь он должен набраться сил, чтобы прийти в себя и осмыслить все заново». Все же одно неприятное известие на сегодня пришлось взять на себя Кенсу, как самому стойкому: отцу Сехуна пришлось срочно лететь в Лондон, где госпожа О уже некоторое время находилась на лечении. Утром женщине стало хуже, потому отец Хуна должен быть с ней в случае чего.
Хань проспал всю ночь, как и его сестра, Бэкхен, который ранее восемь часов не спускал глаз с Сехуна, и Сухо, которому просто пришлось подчиниться приказам Исина. Утро для всех было крайне тяжелым. Стресс, который не отпускал друзей вот уже несколько месяцев, сейчас вылился в неожиданно нагрянувшую усталость, ведь им наконец-то можно было выдохнуть: самое страшное позади, скоро Сехун придет в себя, и уже неважно будет, сколько проблем им еще предстоит решить — главное, что дорогой им человек жив.
На часах еще не было восьми, когда Хань подорвался с больничной койки, сдернув с себя регулятор капельницы и тихо, чтобы не разбудить дремлющих в этой же палате Мэй, Бэкхена и Чанеля, вышел в коридор. Потерявшего сознание Лу перенесли в палату рядом с той, в которой лежал Се, поэтому далеко идти не пришлось. Возле двери его караулил Кай, который только вяло махнул рукой и улыбнулся, похлопав по полу, предлагая присесть рядом. Хань осторожно опустился и охнул, когда младший притянул его ближе к себе, обнимая.
— Прости меня, — пробормотал Чонин в макушку старшего, вызывая у него удивленный взгляд. — Я… часто срывался и винил во всем тебя, Лу… Я не должен был этого делать. Тебе и так было очень плохо.
— Я понимаю, — хриплым голосом ответил Лу Хань, принимая объятия друга. На душе стало еще теплее: своеобразная ссора с Каем грызла Лухана долгое время, он и сам винил себя во всем, но не знал, как помириться с младшим, который бросал на него раздраженные взгляды и не желал разговаривать.
— Прости, — прошептал Кай вновь.
— И что это за посиделки на холодном полу? — они оторвались друг от друга и улыбнулись Кенсу, стоящему прямо над друзьями с коробочкой шоколадных маффинов и подставкой, на которой в два ряда помещались стаканчики с горячим кофе. — Чего-то посущественней в ближайшем кафе не нашлось, поэтому держите то, что есть.
— Спасибо, Кенсу-я.
— Что бы мы без тебя делали?
Довольно хмыкнув и потрепав Кая по волосам, До зашел в палату, чтобы разбудить остальных. Лухан же, быстро перекусив, уже стоял у дверей в палату Сехуна, от волнения сжимая в пальцах рукава легкой худи. Кай решил, что друг должен первым увидеть Се, поэтому не мешал, просто тихо наблюдая за тем, как Лу дрожащей рукой тянется к дверной ручке. Неизвестность — вот, что ждало его за закрытой дверью. Он не решался войти, все еще не веря, что черная полоса в его жизни, как и в жизни младшего, закончилась. Неужели сейчас он откроет дверь и, наконец, увидит любимые карие глаза, осмысленный взгляд и что-нибудь говорящие сухие губы, услышит хриплый от непозволительно долгого молчания голос, разносящий по телу Лухана жгучее, где-то в области груди, удовольствие? К Ханю медленно возвращался страх того, что Сехун его не простит. От этого становилось горько, но старший понимал, что Се имеет полное право ненавидеть его, потому что это он…
— Ты не виноват, — раздался за его спиной голос Исина, а теплые руки немедленно заключили старшего в свои объятия. Чжан положил голову на плечо замершего в смятении и нерешительности Лу и зашептал: — Лу Хань. Немедленно иди к нему. Ты нужен Сехуну. Даже если он обижен на тебя и обида эта сильна, он не сможет отказаться от тебя. Это просто невозможно.
— Почему ты так уверен?
— Потому что он твой человек, а ты его. Сехун так просто не откажется от того, что принадлежит ему. Ты знаешь, что настоящую любовь мы встречаем лишь однажды за всю свою жизнь? Слышал, что после ищем лишь похожих? Так вот больше не стоит убегать, ни тебе, ни ему. Сделай этот шаг, и докажи Се, что ты любишь его также сильно, как он любит тебя.
— Я… Я сделаю это.
— Вот и умница, — Исин сжал ладонь друга в знак поддержки и подтолкнул к двери, мысленно молясь, чтобы в этот раз у них все получилось. Хватит страданий им обоим.
***
Тишина в этом помещении всегда убивала Ханя. Он не раз срывался, потому что думал, что медленно сходит с ума. Ему казалось, что, разговаривая с Сехуном, он обращается к себе самому.