Том в своих рассуждениях про время был прав. Время скоротечно. Оно никого не щадит. У него нет любимчиков и особенных. Пусть многие и пытаются обмануть его бессмертием, но рано или поздно конец настигает всех. Время — тот еще шутник, но ему никогда не сравниться в своих шутках с Судьбой. Эта леди — переплюнет всех шутников. И не всегда ее шутки нравятся обычным, далеким от ее планов людям.
В этот раз «смеяться» предстояло Тому, мальчику, который хотел посвятить себя работе с менее удачливым в шутках брату Судьбы — Времени. Новый учебный год не принес ничего нового. Всё та же учеба, всё те же дополнительные занятия. С третьего курса у мальчика прибавилось предметов — теперь он изучал нумерологию, руны и магловедение. Встречи с профессором Дамблдором стали реже, всего лишь два раза в месяц. Мужчина искал путь бузиновой палочки и, к сожалению, пока не мог похвастаться результатом.
Зато благодаря этому у Тома освободилось время и "Вальпургиевы рыцари" стали собираться чаще. Их встречи всё больше походили на закрытый клуб джентльменов, а оттого, встречи казались им чем-то невероятно особенным. Хотя, Тому это больше напоминало игру. Каждый раз у него появлялось такое чувство, что ребята не доиграли в детстве. А теперь, получив волю создать свое тайное общество, они отрывались по полной: придумывая секретные шифры, свое рукопожатие, создавая новые заклинания и еще много разных, не очень важных, но забавных вещей. Ему нравилась эта игра и он ее поддерживал.
Ближе к Рождеству Том вместе с Розье создали заклинание, благодаря которому можно было нанести на кожу рисунок. Специальная магическая метка, с помощью которой они бы могли определить, что кто-то из друзей находится в опасности, а тот, кто попал в беду — мог вызвать помощь. Перед отъездом домой каждый из мальчишек получил от Тома такую метку. Она представляла собой своеобразный браслет в виде тернового венца вокруг предплечья, чуть ниже локтя. В неактивном состоянии метка была бледно-серой, но когда кто-то активировал рисунок, она наливалась чернилами, становясь ярко-черной. В таком состоянии она оживала и ветви тернового венца (из двух колец) поворачивались таким образом, чтобы просветы между шипами образовывали имя того, кто просит о помощи. Таким же образом можно было сообщать место и время встречи. Единственный минус подобной метки — невероятно сильное жжение во время активации. Но зато, такое послание точно не пропустишь, даже если будешь спать.
По возвращении домой Тома ожидал неприятный сюрприз: в рождественский вечер Роза и Эйвери старший объявили о помолвке. Летом, после дня рождения леди, должна была состояться свадьба.
Впервые за долгое время судьба так жестоко поступила, буквально дала под дых, выбивая весь воздух. Том знал, что рано или поздно этот момент придет, но каждый раз ему казалось, что обстоятельства складываются так, что о свадьбе некогда думать. Та же смерть Дэвида. Пусть Розе было глубоко всё равно на своего деверя, но спустя полгода после его смерти объявлять о свадьбе… А может Том просто не хотел этой свадьбы, не хотел делить Розамунд больше ни с кем. Как бы то ни было, дата была назначена — пятое августа. Теперь Том ждал ее как судного дня.
— Что-то вы сегодня особенно мрачны, Том. Вас что-то тревожит? — Профессор Слагхорн восседал во главе стола во время одного из своих званых ужинов. После возвращения в школу Том с удивлением обнаружил приглашение от профессора и не стал отказываться.
— Просто на каникулах, сэр, он узнал, что его матушка выходит замуж. — Отозвался Лестрейндж, хищно скалясь в улыбке, смотря на Тома с легкой издёвкой. — За Эйвери старшего.
— Ох, правда? — Слагхорн заметно повеселел. — Это же чудесная новость. Неужели вы расстроились из-за этого, Томас?
— Профессор, я очень рад за леди Розамунд. Она отдала довольно много лет своей жизни, чтобы воспитать меня, поэтому она как никто другой достоин семейного счастья. А мистер Эйвери уже давно является другом нашей семьи. Я его уважаю как волшебника и как мужчину. — Том улыбнулся и медленно перевел взгляд на старшекурсника, слегка прищуриваясь и смотря на него с легким пренебрежением. — Поэтому у меня нет повода расстраиваться из-за свадьбы.
— Очень по-взрослому Том. Леди Ричардсон всегда была для меня интересной особой, стоило мне только услышать о ней. Она больше не делает пророчеств? Я слышал, у нее есть особая предрасположенность к этому. — Профессор взял дольку засахаренного ананаса и отправил ее в рот, причмокнув губами от наслаждения.
— Только в узких кругах, сэр. Она старается не растрачивать свои силы впустую.
— Чтож, очень умно. Хотя, я бы не отказался от пророчества и про себя. Замолвите за меня словечко, а? — Профессор подмигнул Тому, салютуя кубком с напитком. — А вы, мистер Розье. До меня тут дошли слухи, что ваш отец получил повышение…
Том слушал беседу вполуха. Его мысли были далеко от кабинета зельеварения, где-то в районе дома, где сейчас должна быть леди Ричардсон, вместе с леди Блэк и Малфой обсуждать свадебные приготовления.
***
