В небольшом старом кабинете в главном здании гарнизона Миранды на третьем этаже горел свет. Настольная лампа под старомодным зеленым абажуром разгоняла по углам тьму пропыленного кабинета, освещала ряд обитых потертым зеленым сукном стульев, стоящих вдоль одной из стен и вокруг стола для совещаний, приставленного к большому письменному столу, который был завален грудами бумаг, чертежей, схем, карт и планов. Свет почти не освещал большой портрет королевы Розми, от чего она казалась призрачной фигурой, угадывались лишь ее контуры.
В этом неярком призрачном свете над распечатанным планом города склонились три головы: лысеющая пегая от седины и две черноволосые.
Лавджой красным маркером отмечал повреждения на стене, несколько прорывов подземных тварей в самом городе, Дримс его дополнил пару раз, потом обозначили синим слабые места, куда твари могут не только ударить, но и относительно легко добиться успеха. Прикинули необходимое время, чтобы залатать бреши в обороне, укрепить слабые места, потом переключились на отчет Беннета и завскладом о запасах продовольствия и оружия, амуниции и топлива, медикаментов, лекарств, предположили, сколько же их город сможет на них продержаться.
Стало совсем грустно.
Потом Лэндхоуп поинтересовался у Ривса:
- Капитан, что будешь делать с Норриком и Фрейдом?
- А что с ними делать? - пожал плечами Ривс. - Ничего не буду. Норрика неделю в карцере подержу за трусость, лишу звания, если вы поддержите, да выпущу. Нам пилоты нужны, без них не выстоим. Фрейду влеплю очередной выговор за то, что стрелял по своим, и то больше для порядка, ведь он спас город. Потом вынесу благодарность. И будут опять летать. Сейчас настоящая война, и чтобы еще немного выиграть времени и протянуть хоть пару лишних недель, нам нужны все пилоты.
- Да, ты прав, - пожевал губу полковник, - но Фрейд подал нехороший пример остальным: можно стрелять в своих.
- Норрик струсил и хотел бросить всех. Если бы не наше безнадежное положение, я бы настаивал на его расстреле, как и полагается за трусость, - признался Дримс. - А может быть, и сам бы подорвал его. Хотя, нет, вертолет жалко.
- Господин полковник, я поддерживаю Дримса, - кивнул Лавджой. - Трусость и предательство должны быть наказаны. Они непозволительны. Ему жизнь оставляют только из-за осады.
- Не пожалеешь потом, капитан? - осведомился полковник.
- Вы о Фрейде или о Норрике?
- О них двоих.
- О решение по Норрику пожалею, - признался Ривс. - Он не оценит то, что ему сохранили жизнь. О решение по Фрейду... Нет, не пожалею. Флайтан должен был принять командование на себя, но он растерялся, а потом не поставил на место зарвавшегося Норрика. Фрейд спас город. Как я думаю, он не только перехватил командование, но еще и завершил столкновение с тварями, сохранил людей и технику. Он единственный, кто сохранил свою машину до окончания штурма и оказал поддержку наземным группам и защитникам стены. Жаль, что он пьет.
- Хорошо, решай сам, - кивнул полковник. - Я так понял, что ты полагаешь, у города нет шансов?
- Так и есть, господин полковник. У Миранды нет шансов выжить в этом нашествии. Наша гибель - это лишь вопрос времени, - был вынужден признать Дримс. - Помощь не придет, раз нам отказали ранее, то вряд ли ее отправят теперь, после уничтожения железной дороги. Сами мы не выстоим: сил атаковать у нас нет. Никто еще не побеждал без внешней помощи, сидя в глухой обороне. Когда у нас кончатся патроны и заряды к огнеметам, или керосин для вертушек, мы будем обречены. Не забывайте еще о карантине, который прорвали последователи Сета и Стареллы - мы собираем по домам заболевших, но они успели заразить много народу. Результаты исследований Мэйфлауэр восстановить уже не сможет. По нашим подсчетам, у нас осталось месяца четыре, может быть пять. Это если нам повезет.
- Я поддерживаю Дримса, - кивнул Лавджой. - Мы не увидим лета. Где-то через два месяца у тварей начнут вылупляться детеныши. Еще месяца два-три у нас будет до того момента, как они пойдут вместе со взрослыми тварями на штурм. А тогда... думаю, атаку или две мы отобьем. И все.
- Голодать начнем раньше, - печально заметил Лэндхоуп.
- Сильный голод не успеет случиться, - покачал головой Лавджой. - Запасов еды у нас месяцев на шесть. Лекарств хватит с таким расходом месяца на четыре, а потом они никому не понадобятся.
- Надо решить, что делать. Надо связаться как-то с "большой землей", - настаивал Лэндхоуп. - Эвакуировать самостоятельно людей мы не могли еще в начале нашествия, сейчас не сможем и подавно.
- Вертушки посылать в Нерейду бесполезно: две или три просто не долетят, а мы сразу же останемся без воздушного прикрытия, которое будет нечем восполнить, - констатировал Ривс. - Они будут ждать такого хода, поэтому пустят всех тварей на вертолеты. Я могу попробовать прорваться один...
- Не мели чепухи, - гаркнул полковник. - Если три не прорвутся, то с чего ты решил, что сможешь один прорваться?
