— Нет, мой милый, — довольно улыбнулся жрец. — Нет. Чем больше появляется обличающих ее речей и статей от твоего имени, чем больше о тебе говорят жрецы, чем больше звучит призывов сохранить Розми от Алсултана и пришельцев, тем меньше шансов, что она тебя тронет. Ведь ты говоришь правду… Часть правды, которая выгодна нам, в этом весь секрет, — ободряюще улыбнулся Дарел. — Кстати, почти пришло время тебе выступить лично по телевидению, призвать ее к ответу. Уже пришло время тебе показать лицо лидера! Ничего не бойся! Сейчас она не может тебя убрать, а как только ты лично начнешь ее обвинять в жестокости и убийстве принца Лоуренса — она вообще ничего не сможет тебе сделать. Если что-то сделает — люди поймут, что ты был прав. Тогда может начаться настоящая гражданская война, — довольно принялся рассуждать серенький жрец. Глаза его горели, он был в своей стихии, он был очень доволен. — Она не может опровергнуть все обвинения столь же эффектно как ты: принца она никому не показывает; посольства разгоняет, но Алсултанское посольство приняла; деньги будут на ее счетах; нашествие в Поясе Желтых Туманов просто страшное, Миранда обречена; права Талинды на престол не столь тверды, как бы ей и ее клике хотелось. Мы говорим только правду. И чем больше ты будешь выступать, тем больше ты будешь защищен, — горячо закончил свою речь служитель Крома, чуть не вскочив с кресла.
— Ты так в этом уверен? — недоверчиво поджал губы Нил.
— Конечно! — серые глаза Дарела сияли восхищением. Только восхищался он не Нилом, а своим хорошо срежиссированным планом, который претворялся в жизнь. — Конечно! Если она убьет тебя, то это будет именно тем толчком, который нужен для начала восстания против нее! Неужели ты этого не понимаешь?
— А ты думаешь, Талинда не решится на такое? — вновь недоверчиво осведомился Нил. Все же своя безопасность его заботила больше обретения трона. Дядя королевы чувствовал, что он уже находится в той зоне, где при других обстоятельствах его уже с полгода бы как тихо удавили бы. — Она сейчас должна быть в ярости…
— Мой дорогой друг, даже если она этого хочет, ей просто никто не даст убить тебя, — заверил его Дарел. — Ведь среди ее окружения есть умные люди, которых не стоит недооценивать. Мы довольно удачно накалили общество, чтобы твою смерть восприняли как знак истинной тирании, которую наши розмийцы привыкли в конце концов свергать! Как бы священна не была корона и тот, кто ее носит, но наши дорогие розмийцы не будут долго терпеть узурпатора и кровавого тирана! Тебе стоит вспомнить примеры из истории, — сел на любимого конька жрец. — Ведь была же свергнута Саманда I, была убита Саманда II, свергли и убили Августина I, и Каспара I, а ведь это были тираны, которых боялись! Боялись все! Казалось, что их никогда никто не свергнет! И все они были законными королями Розми, права которых на престол никто не оспаривал! — всплеснул руками довольный служитель Крома. — Нет, Нил, Талинда тебя не убьет. Ей этого просто не дадут сделать, — заключил Дарел. — Точно тебе говорю.
— Не хочу тебя огорчать, но, в конце концов, ей может надоесть терпеть мои нападки, и тогда ее никто не остановит. Между прочим, она тоже не дура, и ее окружение уж точно не глупее нас с тобой. Они понимают, чего мы добиваемся, и понимают, как мы раскачиваем ее трон, — настаивал на своем Нил. — Талинда не будет тихо смотреть, как я отбираю у нее власть, она предпримет контрмеры.
— Конечно, она их предпримет, — пожал плечами Дарел. — Но у нас есть преимущество: внезапность и свои люди везде! Абсолютно везде! — он даже поднялся на ноги, взмахнув руками, словно бы хотел обнять всю страну. — Династия Уайтроуз появилась недавно, мой дорогой, и еще хватает тех, кто помнит предыдущую династию и полагает, что пришельцам делать нечего в Розми. Их еще много, потому что несмотря на все блага, которые дали нам пришельцы, несмотря на все их попытки слиться с нами, стереть различия, это пока не получается сделать: еще живы те, кто помнит рассказы своих бабок и дедов о страшных пришельцах и их стальных птицах, о том, что их поработили! Нет, нет, — он решительно отмахнулся от этой идеи. — Еще пара поколений, и об этом забудут, розмийцы окончательно сольются, но не сейчас! Сейчас нельзя было оставлять королевство на слабую девчонку! Время еще переходное и не наступил тот момент, когда все забыли бы о Блустарах. Именно поэтому ты и женишься на Изольде! Понимаешь?
— Мне все это кажется авантюрой чистой воды, — проворчал Нил.
Дарел лишь закатил глаза к потолку, устав от бесполезной беседы. Все равно Нил сделает так, как решил маленький жрец, переливать же из пустого в порожнее Дарел не любил. Ничего, поворчит, поканючит, да прекратит сопротивляться.
8
