Доминик выдохнул, отвернувшись в сторону, и прикрыл на мгновение глаза. Облегчение, затопившее сознание, сбило дыхание, пока он сдерживал его, ожидая ответа. Мужчина докурил и подвинул пепельницу к Ховарду, намекая, что неплохо было бы стряхнуть пепел и с его собственной сигареты.
– Садись, парень, – Том встал и жестом указал Беллами на стул. – Если бы у меня не было совести, я бы несомненно спросил, тот ли это Мэттью, – он улыбнулся как-то совсем пошло и многозначительно.
– Конечно, нет, – незамедлительно ответил Доминик, делано безразлично туша окурок в пепельнице, излишне старательно разглядывая серые пылинки, медленно оседающие на дно.
– Слишком много совпадений, а я всё ещё раззадорен поражением.
Проигнорировать подобный выпад удалось только благодаря очередной сигарете, вовремя прикуренной вслед за предыдущей. Только это в иные моменты и помогало удерживать себя на плаву, не растрачиваясь на бесполезные слова и телодвижения.
– А ты не сдаёшься, да? – стараясь как можно быстрее перевести тему разговора, спросил он.
– Не имею такой привычки, считая её вредной. Тем более, когда мне отказывают не первый раз.
Не забывая ни на мгновение о присутствии Мэттью, Ховард мысленно досчитал до пяти, пытаясь утихомирить грозящее вырваться наружу сердце, и вложив в ответ весь сарказм, на который был только способен, сказал:
– Я тоже считаю привычку отказываться от собственных слов вредной.
– Это я уже понял, приятель, – Том улыбнулся и положил руку ему на плечо, сжимая пальцы не слишком церемонным захватом. – Наши две дурные привычки отлично бы ужились, если бы ты не строил из себя верную принцессу.
И ушёл.
Доминик прикрыл глаза, надеясь, что учащённое сердцебиение вернёт свой чёткий и привычный ритм как можно скорее. С каждым днём ситуация обострялась всё сильнее, принося с собой пусть и не так много проблем, но всё это причиняло дискомфорт и намекало слишком явственно на то, что это – только начало.
– Кто это был? – спросил почти сразу же Беллами, стоило незнакомому ему мужчине скрыться из виду.
– Один случайный знакомый, который… – опершись локтями в стойку бара, Доминик выдохнул дым от очередной прикуренной сигареты, – отчаянно хотел бы стать кем-то ещё для меня.
– Вы отказали ему?
– И не раз, – он поднял голову и посмотрел Мэттью в глаза. – Я расскажу тебе об этом по дороге домой.
– Я услышал всё, что хотел, – незамедлительно ответил тот, вставая с места.
– Тебе кажется, детка, – склонившись к нему, Доминик поправил воротник на его куртке, которую тот успел натянуть на подходе к бару, – потому что у тебя всё равно возникнут вопросы.
Мэттью смиренно кивнул.
***
После краткого экскурса в прошлое, Доминик закончил историю на моменте, когда перед его взором предстал клочок бумаги с номером телефона. Он не спешил делиться историей дальше, желая помучить Мэттью сомнительного удовольствия ожиданием, чтобы тот понял, что не всё в отношениях бывает так гладко, как хотелось бы. Машина повернула на до боли знакомую улицу.
– Мне нужно позвонить Хейли, – сказал он, припарковавшись недалеко от собственного дома.
– А как же… – кажется, нетерпение всё же захватило Мэттью – он поёрзал на своём месте и неуверенно улыбнулся Доминику, посмотревшему в его сторону.
– Ты знаешь конец истории, как и знаешь, что сегодня я отказал ему в третий раз.
– Я надеюсь, что четвёртого раза не будет, то есть… – он запнулся и испуганно посмотрел на учителя. – То есть, я надеюсь, что вы больше не встретитесь. Он живёт где-то поблизости?
– Впервые мы встретились у супермаркета, неподалёку от моего дома. Я не хотел и боялся признаваться даже себе, что уже тогда ждал от тебя чего-то, пускай и без злого умысла. – Он вздохнул, понимая, что подобное откровение вряд ли принесёт ему самому успокоение, но слова сами сорвались с языка: – Может быть, дружбы, а может быть и чего-то большего, но ни один из вариантов не подразумевал ничего порочного, к чему мы в итоге пришли.
– Вы до сих пор себя корите, – удивлённо выдохнул Мэттью, опуская ладонь на пальцы учителя. – Словно вы какой-то монстр, который… выслеживал меня на детской площадке, заманивал в дом конфетами и делал хоть что-то без моего на то разрешения. Перестаньте.
Он упрямо задрал нос и сжал пальцы, обозначая свою обеспокоенность данной темой. Доминик старался изо всех сил не придавать тому, что происходило между ними, подобного острого значения, желая как можно скорее принять это как факт, но слова-предатели то и дело портили картину, оглашая тишину.
– Я чувствую себя намного лучше, Мэттью, – вполне честно признался он, обхватывая свободной рукой ладонь Беллами. – Иначе бы уже сошёл с ума от одной мысли о том, что было между нами.
– Между нами ничего ещё не было, – игриво ввернул тот, стреляя глазами в сторону. В такие моменты он становился невыносимо милым, очаровывая своей ребяческой непосредственностью.
– Что же тогда будет, если лишить тебя этого самого, чего «ещё не было»? – Доминик не выдержал и рассмеялся, едва заметив выражение лица подростка.
