Кроме Кореи, внезапно возникла проблема Гавайского королевства. Отказываясь от его приобретения, я стремился и с американцами не поссориться, и заодно не позволить им создать на пути в Азию промежуточную станцию для их флота. Дальнейшие события показали, что я получил больше, чем мог ожидать. Установление австрийского протектората ничуть не улучшило положения Франца-Иосифа. Да он и не стремился хоть как то развивать подмандатную территорию. Всё, что было на Гавайях австрийского, так это резиденция губернатора, у которого не было ни войск, ни денег, ни поддержки среди местного населения. А население было пёстрым. Кроме коренных жителей архипелага, там осело немало американских китобоев и корейских да китайских работников. Русское влияние там тоже вначале почти не чувствовалось. Женитьба моего брата Михаила на гавайской принцессе, положило начало новой жизни для местного населения. Вместе с Михаилом из России прибыл его собственный двор и замаскированные под прислугу наши разведчики. Затем, "неизвестные" открыли представительство своего банка, а "Морвоенторг" в Жемчужной бухте получил возможность строить базу. Пока что коммерческого флота. Следующим шагом было увеличение количества наших бывших поданных. Практически одновременно с великим князем Михаилом, на острова прибыли некие "гавайские дворяне", которые довольно быстро организовали Дворянское собрание. Большинство внешних наблюдателей воспринимало это как забавную клоунаду. Вот только эти "дворяне" оказались далеко не клоунами. Местные начали это понимать после того, как я расформировал Сахалинскую каторгу. Судьба бывших каторжан сложилась по-разному. Всё зависело от того, кто и за что сидел. Одних убрали к Макарову за Полярный Круг. Другие, получили от меня помилование и статус вольных поселенцев там же, на Сахалине. Зато судьба самых неисправимых была иной. Их ссылали именно на Гавайи. Скажите: какой от этого толк? Огромный! Прибыв в сии райские края, они ставились перед выбором: либо быть рабами у американских китобоев, либо поступить на службу к одному из гавайских дворян. Вы понимаете, что предпочли выбрать эти сволочи. В итоге, каждый местный дворянин получил в своё распоряжение банду негодяев, по которым в любой иной стране, скорое свидание с виселицей становилось неизбежным. В дальнейшем, сочтя сей опыт удачным, я начал таким же образом "чистить" и прочие каторги, амнистируя попавших в дурную ситуацию бедолаг, отправляя к Макарову тех, на чьё исправление стоило надеяться и сплавляя на Гавайи неисправимых рецидивистов.
Получив в своё распоряжение банды, "дворяне" развернулись вовсю. А ведь кроме банд, они получили доступ к дешёвому кредиту, который им давал "краснозвёздный" банк. Судя по докладам моего посла, в королевстве возникла ситуация, похожая на ситуацию в России времён Ельцина.
Захват и скупка по бросовой цене земельных участков было только началом процесса. Гавайские "братки" начали подминать под себя рыболовный и китобойный промыслы. Самым полезным для нас было то, что они взялись и за американских браконьеров, частенько шаливших в наших водах. И всё это сопровождалось частой стрельбой, ибо американцы не были смирными и беззащитными овечками. Конкурировали "братки" и между собой. Но от взаимного истребления их уберегли наши кураторы. Получив инструкции из Петербурга, они собрали в только что построенном в Гонолулу здании Дворянского собрания всех этих криминальных дворян на сходняк, где и были выработаны и приняты твёрдые правила хорошего поведения между своими.
Кроме обычных уголовников, на эти острова я начал ссылать проворовавшихся чиновников. Их судьба в миниатюре походила на судьбу белоэмигрантов из моего времени. Лишенные имущества, подданства и прав состояния, они по-разному устраивались на новом месте. Кто-то из них стал люмпеном, промышляя попрошайничеством, торгуя телами своих жён и дочерей, да промышляя мелким воровством. Другие смогли удержаться на плаву, заимев "крышу" уйдя в полукриминальный бизнес: игровые притоны да дома терпимости. Самые успешные из них и тут не пропали. Стоит помнить, что в большинстве своём это были люди образованные, а королевство испытывало в таких нужду. Они сумели поступить на государственную службу и на жизнь не жаловались. Те, кто и в России проявил себя в качестве управленца и хозяйственника, поступили на службу к криминальным авторитетам, которым "неизвестные отцы" помогли начать процесс легализации честно отжатого бизнеса. Так что королевство это выходило вовсе не смешным и чьё влияние там будет наиболее сильным, ещё предстояло выяснить.
