Прошёл месяц с того утра на кухне. Игорь так и не ушёл, но и не жил с ними и их не выгонял. Всё тянул, словно ждал чего-то, но и дома не жил. Как ни пыталась Александра скрыть от людей про их семейный разлад, в их небольшом, всего на двадцать тысяч, городке, пошли пересуды. Кто-то смотрел на неё с жалостью, ведь кто ж не знал, что мотался её благоверный за каждой юбкой, кто с презрением "что за баба, мужика не смогла удержать", а кто и с ненавистью "ещё одна будущая разведёнка, путных мужей с толку будет звездой своей, безотказной, сбивать". Сам Игорь иногда заходил за вещами, благоухая ароматом чужого, дорогого женского парфюма, да чтобы переодеться да помыться. Саша с девочками пока оставались в доме, не гнал их, получив от неё арендную плату за месяц, за жильё. Саша пыталась с ним договориться, чтобы хотя бы эти деньги за аренду ему не отдавать, оставлять в счёт алиментов, но Игорь тут же прозрачно намекнул, что секс её с ним поможет ему подумать над этим вопросом. «Мерзавец, – передёрнуло Сашу, – совсем стыд потерял». Конечно, она отказалась и продолжала заниматься поиском съёмной квартиры.
Игорь сильно поправился, помолодел даже, посвежел лицом, стал прилично одеваться. Видно, что другая жизнь била у него ключом, жил он в довольствии и «шоколаде», но денег как не видели от него – так их и не было. Отговаривался тем, что не устроился ещё на работу, что «за копейки пусть сами работают, я ищу достойную зарплату». А до Александры начали доходить слухи, что Игорь перегоняет машины, не совсем законным способом добытые.
Сама же она работала везде, где придётся – и оператором посменно на АЗС, и в соседней к дому пекарне, в свободные смены брала на дом репетиторство по английскому языку, и не отказывалась при случае выйти в смену официанткой в небольшой ресторанчик к знакомой. Когда-то её звали даже в школу преподавателем английского, так как она прекрасно владела языком, но разве с школьной нагрузкой успела бы она подрабатывать ещё где-либо и содержать семью? А на зарплату учителя да с двумя детьми – далеко кто убежал?
Друзья говорили:
– Уезжай в большой город. Что тебя здесь держит? Ни путной работы, ни денег, муж почти бывший, живете на птичьих правах в доме. Уезжай! Устраивай себе жизнь! Ты ещё молодая!
Не могла. Сломалось что-то внутри, жила по инерции, плыла по течению и не смотрела по сторонам. Отговаривалась тем, что дети школьники, в маленьком городке им спокойнее будет доучиться, да и на съемную квартиру переезжает.
Свекровка тем временем совсем не давала ей житья, шипела при каждой встрече на улице или в магазине (жили с ней на соседних улицах):
– Змея! Уезжай со своим выводком отсюда! Дай Игорю спокойно вздохнуть! Выпила ему всю кровь, жизнь поломала, не любит он тебя и не надейся, что вернётся! Накоплю денег – подадим на ДНК, ещё посмотреть нужно, где ты, дрянь, блядовала, может Алиска и не наша вообще?! Алименты ей подавай! – и говорила про неё гадости за спиной, крича на людях, какая сноха дрянь.
Свёкор, Иван Михайлович, молча помогал, чем мог, внучкам, и не принимал сторону бывшей жены, с которой они были в разводе вот уж восемь лет как, хотя старался не приходить в дом к сыну, чтобы ненароком не встретить его и не скандалить. Но как то, позвонил, убедился, что Игоря нет дома, и напросился в гости.
Накануне этого дня Саша наконец-то нашла квартиру и срочно готовилась к переезду, так как Игорь начал приводить женщину к себе домой, пока Саша была на работе, трахались они с ней, не стесняясь девочек, на всех плоскостях в доме, а девочкам нужно заниматься – у Лили выпускной класс, всё-таки ещё учебный год был не закончен, а она вынуждена была уходить из дома, а Алиса на нервах перестала нормально спать, плача ночами. Оставаться в этом доме у них давно не было никаких сил – даже стены как будто давили на них пониманием, что они здесь чужие и им здесь не место.
Саша как раз была занята упаковкой вещей – пока девочки были в школе она взяла отгул на полдня, чтобы спокойно собраться и не травмировать дочек ещё и сборами. В планах было завтра утром перевезти вещи в квартиру – она освобождалась только утром, а затем уехать с девочками на целый день и одну ночь на долгожданных отдых. Звонок свёкра застал Сашу врасплох, но вещи были практически упакованы, поэтому она не стала отказывать мужчине во встрече.
Зайдя в дом к снохе, Иван Михайлович сразу же оценил обстановку, увидев собранные чемоданы и, глядя на смутившуюся Сашу, протянул ей внушительный конверт:
