– Так что? – поинтересовался его величество, когда я снова села в карету.
Снаружи напирал людской прилив, многие пытались заглянуть в окна, а другие предлагали кучеру развернуться в обратную сторону.
– Тян разрушен, – сказала я. – И еще какой-то городок, названия которого я не запомнила. Она сказала, что была резня и теперь чилтейцы выступили к Кою. Нужно возвращаться.
– Возвращаться? Возвращаться, когда чилтейцы наступают, а у нас нет армии? Возвращаться, чтобы застрять в осажденном городе? Возвращаться, чтобы нас казнила твоя мать? Нет. Мы должны добраться до лагеря. Нужно узнать, где мои батальоны и что именно случилось в Тяне. – Он снова постучал по крыше, но тут же охнул и схватился за руку в том месте, где ее пронзил меч Рёдзи. – Поехали, – велел он сквозь стиснутые зубы.
Я потянулась к нему, скорее машинально, но он отпрянул.
– Со мной все хорошо.
– Но, ваше величество… – откликнулся кучер сквозь решетку. – Что делать со всеми этими людьми?
– Хоть раздави их, если понадобится. Нам нужно проехать.
Запрудившие дорогу люди значительно нас замедлили, и мы прибыли уже с последними лучами солнца. Пока мы приближались к лагерю по выщербленной мощеной дороге, император Кин пытался оттереть грязь с халата, но безрезультатно. Мое платье было покрыто засохшими кровавыми пятнами и пованивало, ведь я ехала в нем в тесной карете два долгих дня в разгар лета. Теперь его не спасла бы и самая лучшая прачка.
Карета притормозила, кучер выкрикнул караульным, что едет его величество, и ворота открылись с таким проворством, что мы даже не остановились. Я высунулась в окно, когда экипаж промчался мимо деревянной стены и повернул к паре фонарей. Мы плавно остановились, как лодка у пристани, стук копыт и колес наконец-то прекратился. Дверь открылась, и, даже не оглянувшись на меня, император Кин вышел.
– Ваше величество, – раздались приветственные голоса, и прежде чем последовать за ним, я быстро сунула кинжалы под заляпанный кровью пояс и сжала в руке черный лук Катаси Отако.
Мы так долго находились в экипаже, что земля качнулась под моими ногами и заныла каждая косточка, но я постаралась держаться с королевским изяществом и статью, как меня учили.
– Ваше высочество. – Солдаты выстроились перед экипажем, чтобы поклониться императору, и я тоже получила свою долю почестей – они еще раз поклонились. – Наш лагерь слишком скромен для такой чести.
Говорящий был в мундире генерала, с лицом закаленного в боях старого вояки.
– Дзикуко, – сказал император Кин, положив руки ему на плечи. Такое панибратство в тронном зале сочли бы потрясением устоев. – Думаю, нет нужды в церемониях. После стольких лет, да еще в таких обстоятельствах.
Генерал Дзикуко поморщился, и его лицо в свете факелов стало еще более грозным.
– Признаю, я рад вас видеть. – Он развернулся и встретился взглядом с человеком чуть помоложе, также в генеральском плаще. – Отужинайте с нами, ваше величество. Мы с генералом Соки как раз собирались трапезничать.
– Сначала я прогуляюсь по лагерю, и вы доложите мне о ситуации. А потом, прежде чем есть и разговаривать, мне нужно будет переодеться.
– Как пожелаете, ваше величество.
Император пошел дальше, и старый генерал поспешил за ним. Следом двинулись факельщики, и раз никто не сказал, что делать мне, я присоединилась к ним, оставаясь на шаг позади – в надежде, что никто не обратит внимания.
– Я уже два дня не получал никаких новостей, – сказал император Кин, когда они отделились от толпы солдат, которые собрались, чтобы нас поприветствовать. – Только какие-то слухи от прохожих по дороге. Когда я покидал Кой, на империю еще не напали, и у нас был план.
– Да, ваше величество, не напали, и у нас был план, но, похоже, чилтейцы…
Генерал Дзикуко умолк, когда император Кин остановился, чтобы поздороваться с парой военных, занятых вечерней трапезой.
– Да, капитан Занн, я помню, – сказал Кин, после того как те назвали имена и звания. – Вы участвовали в последней стычке с горными племенами. Кисии повезло, что ее защищают люди вроде вас.
Капитан, запинаясь, произнес слова благодарности и, кланяясь, рассыпал еду, но император лишь улыбнулся и пошел дальше, снова вернув Дзикуко к теме, как только солдаты больше не могли их услышать:
– Так что чилтейцы?
– Армия, которую они собрали…
– Недалеко от Тяна, я знаю. Которой мы позволили укрепиться, делая вид, что ее не существует.
– Да, та самая. В общем, по сравнению с прошлым сезоном они удвоили число воинов-левантийцев, или мы не знали, что их было столько. Или они оказались еще более грозными в сражении, чем мы думали.
Император Кин прошел несколько шагов молча, подняв руку и кивая, чтобы поприветствовать солдат, будто старых друзей.
– Слишком много «или», Дзикуко.
– Да, ваше величество, но у нас пока нет ответа. По тем сведениям, которые у меня есть на сегодняшний день, возможно, имеют место все три обстоятельства.
– И что нам известно? Только не старайтесь подсластить пилюлю, вы слишком хорошо меня знаете.
