На этот раз я не хотела, чтобы Эзра мне отвечал. Я закинула ноутбук в сумку и выбежала из здания. Я очень хорошо научилась убегать из офиса незамеченной, сливаясь со стенами и прячась за углами. Также, я хорошо научилась находить предлоги, чтобы не встречаться с Такером-младшим в его офисе, когда у него появлялись хорошие идеи насчёт "Блэк Соул".
Генри уже терял терпение из-за моих увёрток. Кажется, Эзра был хоть чем-то мне полезен. Особенно, учитывая серьёзную поддержку мистера Факера касательно проекта Эзры. Я часто использовала проект для "ЭФБ Энтерпрайсес" как предлог, чтобы не заниматься чёрной работой по проекту "Блэк Соул".
Если честно, мы немного отставали от плана. И это наоборот мешало моей карьере. Предполагалось, что я должна была рассказывать Такеру-младшему о своих чудесных навыках продвижения в социальных сетях, убеждая его сделать меня руководителем в других дизайн-проектах, и создавать репутацию, которая бы поддерживала мою карьеру.
К сожалению, ему больше нравилось пялиться на мою грудь и случайным образом налетать на меня. Его не волновало моё портфолио или то, что я могу предложить компании, которую он должен был унаследовать. Если сначала я была предельно оптимистична насчёт того, что проект "Блэк Соул" поможет мне добиться успеха, то теперь меня настигло мрачное осознание того, что я, всего-навсего, услаждала взор Генри, пока он был вынужден работать.
Но, как оказалось, я была менее разочарована, чем ожидала. Не то, чтобы мне нравилось, как в течение всего дня меня мысленно раздевает один из самых мерзких людей, которых я когда-либо встречала. Но, может быть, мои ожидания, что я смогу начать продвигаться по карьерной лестнице и создам себе имя, были надуманны. Может. Скорее всего... Будем считать, что я ещё не решила.
Мы приближались уже к концу марта, и погода переменилась. Я чувствовала запах весны в воздухе, ощущала её в ароматном бризе, хотя было ещё прохладно, и температура всегда падала, когда темнело. Но дни постепенно становились длиннее. Было так здорово выходить с работы в пять часов не в черноту ночи, а в сумерки, которые только наступали. Солнце уже пригревало и сделалось ярче, а деревья начинали расцветать.
Мой телефон завибрировал у меня в сумке. Я засунула туда руку и кое-как достала его, так как я также несла пустой термос для кофе и пропуск на парковку.
Что-то затрепетало внизу моего живота. Меня сначала бросило в жар, потом в холод, после чего внутри появилось чувство лёгкой тошноты. Я проскользнула на водительское сиденье своего "Фольксвагена Джетта", которому было два года и который я назвала Джоан — Джоан Джетта — и позволила себе одну мимолетную, но необходимую для меня улыбку. Поместив свои вещи на пассажирское сиденье, я нажала на экран телефона ногтями, которым срочно требовался маникюр, и решилась на следующий шаг. У меня была смелость. У меня её было с лихвой.
Дело сделано. Это положит конец череде его сообщений и его нелепому желанию поработать сегодня вечером.
Я выехала с парковки и медленно направилась к дому, зажатая со всех сторон машинами вместе с их пассажирами, жаждущими осуществить свои планы в пятницу вечером. Мой телефон завибрировал в подставке для стаканов, но я позволила себе проверить его только после трёх длинных остановок на светофорах.
