Николая Александровича словно ударило под дых, давно ему так никто не нравился с первого взгляда. Интересно, как она будет выглядеть после омоложения? Похоже, весьма эффектно, даже сейчас на ее лице заметны следы былой красоты. Но не время думать об этом. Она представился, вызвав немалое удивление женщины, оказавшейся полковником миграционной службы Российской империи своей реальности. Она явно не ждала, что ее встретит настолько высокопоставленный чиновник. Наместник поведал ей то же самое, что Ивану Гавриловичу, предложив распределить кто куда отправится.
— Значит, сирот в интернаты? — уточнила Валентина Семеновна. — Прошу учесть, что среди них немало совсем маленьких, от нескольких дней до пяти лет. У вас есть люди, способные обиходить их?
— Есть, — заверил Николай Александрович. — Как раз многие интернаты начали пустеть, дарийцы большей частью выросли, но персонал их покинуть еще не успел. Да и, боюсь, вскоре снова будет наплыв сирот с пары новых, только открытых населенных планет. А взрослых придется распределять по трем мирам, как я уже говорил.
— Хорошо, — кивнула полковник, затем показало на туманное пятно. — Это портал?
— Да, — подтвердил наместник. — Он ведет на планету Арда, расположенную за много тысяч лет от Земли, в другом конце галактики. Кстати, прошу не удивляться, эта планета населена не только людьми, но и сказочными расами — эльфами, орками, гномами и гоблинами. На самом деле все они подвиды людей, поскольку могут иметь совместных детей, но выглядят немного странновато, как на наш взгляд.
— Чего только не бывает… — ошарашено покрутила головой Валентина Семеновна. — Один вопрос еще. Нельзя ли сделать портал немного больше? Через такой маленький эвакуация продлится несколько дней.
— Мастера пространства? — повернулся к упомянутым Николай Александрович. — Это возможно?
— Конечно, — кивнул Виталий. — Но делать это придется Игорю, поскольку зов завязан на него, а я проконтролирую. Сейчас передам ему схему, и сделаем. Кстати, среди беженцев я ощущаю нескольких одаренных, как минимум, пятерых, а то и семерых. Их можно будет обучить. Но прошу сначала убедиться в их достаточно высоком морально-этическом уровне.
— Убедимся, — пообещал наместник, наличие еще нескольких возможных мастеров его очень заинтересовало.
Игорь, получив схему, принялся обрабатывать ее, а затем применил. Вот только он совершил огромную ошибку, напрочь позабыв о необходимости подключать блоки стабилизации, чтобы не вызвать ненужного внимания Воспитателей. Те сразу заметили его работу, безошибочно угадав, что перед ними хаймотик, имеющий очень высокую сетевую толерантность.
Увеличившийся вдесятеро портал только успел стабилизироваться, как метрах в двадцати от него полыхнула слепящим огнем световая линия, буквально вспоровшая пространство. Оно лопнуло, открыв горящий опаловым светом переход, откуда вышли два человека в обтягивающих, словно покрытых рыбьей чешуей комбинезонах. На лицо оба выглядели совершенно одинаково, как будто были братьями-близнецами. Вот только при взгляде на них становилось неуютно, словно ты видел кого-то очень страшного. И полностью безразличного ко всем человеческим чувствам.
— Вот так-так, — заговорил один из пришельцев. — Да их здесь двое! Что ж вы, сволочи такие, притворялись убогими недоучками?
— Что ты натворил, Игореша?.. — с тоской протянул Виталий, до которого сразу все дошло, он осознал, что их сейчас просто заберут, невзирая ни на что, но просто так сдаваться не собирался. — У нас семьи, любимые и дети! Идите к черту! Это вы сволочи! Мы с вами не пойдем!
— Или пойдете, или ваши любимые умрут, — безразлично сказал второй Воспитатель. — Выбор за вами.
— Какие же вы подонки… — покачал головой Игорь, у которого в глазах потемнело от видения мертвых девочек, он как-то сразу поняло, что эти двое без малейших угрызений совести выполнят обещанное.
— Ты не понимаешь, — покачал головой первый. — От таких, как вы, зависят жизни триллионов разумных, вы можете их спасти в случае беды, а вы тут в песочнице куличи из песка лепите. И кто тогда подонок, если они погибнут потому, что вы, видите ли, хотите со своими семьями жить? Так что не надо, пошли. Не заставляйте нас применять силу.
— Кто вы такие? — ступил вперед Николай Александрович, тоже сразу понявший, что против этих существ совершенно бессилен, веяло от них нечеловеческой, давящей, пригибающей к полу силой. — По какому праву вы лезете в чужие жизни? У нас спасательная экспедиция, здесь семнадцать миллионов беженцев, которых надо вывести в нашу реальность.
— Проход останется открытым, пока вы их не выведете, — столько же безразлично сообщил второй. — А затем учитесь обходиться без хаймотиков, для вас их наличие слишком большая роскошь. Они нужны в другом месте.
— А их спросить?
— Ни их, ни чье-либо вообще мнение значения не имеет. Есть высший долг. Им дан дар, который они обязаны использовать в полной мере.
