Как вы поняли, после полученного воспитания я пошла против системы, но, смею вас уверить, впитала из нее лучшее. Не зря еще Маргарет Мид говорила о том, что развитые культуры строятся на старых патриархальных, перерастая их.
***
И прежде чем продолжить, с чего мы начали, позвольте небольшой флэшбек к тому, как же то, что мы планировали уже второй год, Бенедикту удалось провернуть в течение нескольких недель. Когда он рассказывал мне о том, как разворачивалась дипломатическая миссия, как к ней привлекались посторонние (не совсем, и совсем не так, как у Камю) люди, я поняла, что спокойно смогу оставить его за главный Мозг, когда гормоны окончательно снесут мне крышу, я начну жрать всякую гадость и рыдать над сломанными ногтями.
Предателем номер один оказался Энди, который тайком от Анны поковырялся у нее в телефоне (тут я торжественно пообещала, что не солью информацию подруге) и нашел там телефон моей маман. Дальше в игру вступил Том, ибо Амели отказалась участвовать в любых тайных операциях за моей спиной (в такие моменты я начинаю любить пресловутую женскую солидарность). В ее лице они потеряли безупречного французского переводчика, после чего безуспешно пытались просканировать почву на предмет еще какого знатока языка в пределах досягаемости и с достаточным уровнем дурости, чтобы влезть в авантюру.
Оказалось, что круг их знакомых намного более трезвомыслящ, чем они сами. Удивительное открытие! Все вежливо отказались, посоветовав разгребать проблему самостоятельно. Что эти два дятла и сделали.
Том с его уровнем французского «я твой труба шатал» заделался синхронным переводчиком. Представив всю нелепость ситуации, я пожалела, что они не записали это на камеру. Слушать пересказ Бенедикта, конечно, уморительно, но лучше ведь один раз увидеть.
Как только Хиддлс начал детскими предложениями из серии «Меня зовут Том. Я из Британии. У меня есть хромая собака и слепой попугай. Я очень люблю играть с ними в саду» пересказывать речь Бенедикта, тот сразу понял, что затея – дрянь. Я же вообще удивляюсь, как моя мама не повесила трубку. Но она стоически выслушала, как Том объяснял ей, что на самом деле говорит Бен и почему этот Бен хочет с ней поговорить, а потом облегчила им обоим жизнь, изложив на том же языковом уровне, коим владел Хиддлстон, что с удовольствием приедет к нам на выходные после деловой встречи во Франции.
Карты сложились как нельзя лучше, банк, в котором она работает переводчиком, отправил ее с местным шефом к шефам вышестоящим и заграничным. Буквально пару часов назад все официально подтвердилось, визы открыты, документы в порядке, и она уже хотела звонить мне, как эти два идиота испортили всю малину.
***
А теперь отдувайся за их находчивость.
– Мы еще поговорим по поводу твоего внешнего вида, – поприветствовала меня она, как только я ослабила хватку и отступила от нее. – А сейчас, если позволишь, я поприветствую твоего находчивого молодого человека. – Она улыбнулась ему. Бенедикт успел не спеша подойти к нам, пока я активно изъявляла свои чувства, теперь улыбался в ответ и склонился к моей маман в распростертые объятия, дабы поцеловать ее.
Что здесь вообще происходит? Ау, здравый смысл, не уходи! Моя мама его просто как сына родного, а я в опале и осаде, потому что ЕГО друг придумал столь изысканное наказание. Фетишист гребаный! У него жена и трое детей, а он все туда же: девочки в школьной форме и фанатских футболках. То ли оттого, что я представила себе доброго семьянина Дэвида Теннанта постыдным фетишистом-педофилом, то ли оттого, что мой нервный перенапряг по поводу молил о выходе, я рассмеялась громко и заразительно и остановилась, только когда Бенедикт заключил меня в объятия и начал поглаживать по спине, успокаивая.
После срочной реанимации с приведением меня в адекватное состояние они начали мило болтать под средством меня в роли переводчика. Конечно, именно для этого я и сижу в машине, чтобы переводить милый треп о Париже, местной кухне и очаровательных учительных французах. Бенедикт с удовольствием и энтузиазмом поддерживал светский тон беседы, отвешивая комплименты маман. Чертовски мило, остановите планету, я сойду. Когда дело дошло до планов на вечер, я до того вошла в режим переводчика, что, обращаясь к Бенедикту, выдала: «Как насчет приготовить твоему очаровательному молодому человеку ужин дома, Хеллс?» И только потом, когда увидела на его лице издевательскую улыбку, поняла, что эта фраза не нуждалась в переводе, исключительно в ответе.
Сославшись на усталость, мама настояла на домашнем ужине. Во многом, подозреваю, чтобы погонять меня по кухне и поговорить наедине. А мне нужно было срочно улучить хотя бы несколько минут времени мистера Камбербэтча, дабы узнать вышеописанную историю «Как моя маман в столь короткие сроки ступила на землю Соединенного Королевства» и выяснить щепетильный вопрос «Знает ли она настоящую цель визита?»
