Призрак снял шляпу и на мгновение прижал к себе, размышляя о чём-то. Потом взмахнул полой плаща и с нетерпением спросил:
– Готовы ли вы принять их?
Ломик хотел сказать, что родители запрещают им беседовать с незнакомцами – и тем более принимать от них подарки. А уж тут следовало хорошенько подумать, прежде чем отвечать. Ещё неизвестно, какие дары бывают у призраков. Но Малинкин язык, как всегда, оказался быстрее.
– Мы готовы! – воскликнула она.
– Я знал!
Призрак описал круг над детьми и опустился на землю:
– Тогда скажи, милая праправнучка: «От лица всей семьи принимаю мирарис!» – Он махнул рукой. – Простая формальность…
Ломик почувствовал: после этих слов вернуть подарки будет нельзя, а призрак так и не сказал, что именно хочет дать. Он открыл рот, чтобы остановить сестру, но Малинка уже выпалила нужные слова.
И тут случилось новое чудо: призрак разгорелся ещё ярче, и от него отделились шесть крошечных голубых огоньков, размером чуть больше жемчужины. Они закружили в воздухе. Две жемчужины опустились на макушки близнецам. Остальные улетели в сторону лагеря Виражей, оставляя за собой светящиеся следы, которые таяли на глазах.
– Мой любимый момент, – хихикнул призрак, а потом заговорил быстро-быстро, словно боялся куда-то опоздать: – У меня мало времени. Слушайте, что скажу. Каждый мирарис выбрал одного из вас. Пока они спят. Но разгорятся мгновенно, точно сухой хворост, если их пробудить! Главное – найти свой особый талант. Понять, что вам нравится делать больше всего на свете. Запомните три условия. Первое: молчите об этой встрече и обо мне. Молчите до той поры, покуда мирарис не пробудится в одном из вас. Второе: когда ваш отец отыщет свой мирарис, можете рассказать всем и о прапрадедушке-призраке. Не вздумайте болтать раньше: никто не поверит! И третье: когда все ваши мирарис пробудятся, угадайте, что их объединяет! Ах да, чуть не забыл… Есть ещё четвёртое условие: запрещается использовать мирарис для собственной выгоды.
Призрак вдруг стал вдвое больше. Его бархатистый голос превратился в громовые раскаты:
– Если хоть одно условие будет нарушено, мирарис погаснут – так же быстро, как разгорелись! Но если вы всё выполните, ваша жизнь изменится! Вы познаете счастье и обретёте седьмой дар – неслыханное богатство. – Призрак уменьшился и снова заговорил мягко и добродушно: – Главное – не свернуть с пути и сберечь дом на колёсах. Он привезёт вас к мирарис. Дом – ваш очаг, где все Виражи вместе. Вместе вы – сила. Я приду, когда поймёте, что объединяет ваши мирарис. Кстати, искать их не возбраняется. Ищите! Ищите старательно!
Призрак взмахнул плащом, словно крыльями, и растаял. Лес опять стал тёмным и загадочным. «Ищите», – шуршали листья. «Ищите», – вторил им ветер. «Ищите», – прошептала Малинка и, взяв брата за руку, потащила его обратно на поляну.
После визита полицейских Виражи не задерживались на одном месте дольше суток. Папа вёз семью вдоль моря, стараясь держаться подальше от городов и людей. Но вскоре маме надоело каждый день собирать, а потом распаковывать вещи. Поэтому папа выбрал для лагеря самый тихий уголок, который нашёл на карте, – маленькую бухту в окружении сосен и скал.
По дороге бабушка не раз вытаскивала дом на колёсах из ям. Она ворчала про «старую женщину», которую «беспощадно эксплуатируют», но на самом деле радовалась, что может лишний раз потренировать мускулы.
Море в бухте было прозрачное, как слеза. Оно тихо плескалось, словно желая убаюкать волнения Виражей. Куда уж там… Горячие споры о призраке не смолкали.
– И что же, он вот так запросто решил отдать нам волшебные дары? – с сомнением хмыкнула Викки.
Она сидела на берегу моря, почти возле воды, укрыв плечи полотенцем – все пробники защитного крема у неё закончились, и Викки спасалась подручными средствами, чтобы не обгореть. Усик пристроился в сторонке, задумчиво глядя на горизонт. А Виражи загорали, прикрыв лица шляпами и панамами. Викки смотрела на них, едва сдерживая смех: ей казалось, будто головные уборы беседуют.
– Мне тоже не верится, – сказала белая широкополая шляпа голосом бабушки Розы. – Ему наверняка что-то нужно от нас. Просто так дарами не разбрасываются. Особенно призраки.
– Прапрадедушке ничего не нужно! – возразила голубенькая панамка Малинки. – Он же наш родственник, а родные всегда что-нибудь дарят друг другу. Вот ты, бабушка: ты же подарила Викки блокнот на день рожденья.
– Не сравнивай, – белая шляпа взмахнула полями, – блокнот и волшебный мирарис – разные вещи. И вообще, я не верю, что призрак – наша родня. Моя тётка составила семейное древо Виражей до десятого колена. В нём нет ни Гекторов, ни Фортунатосов, ни Бальзамо. Можете мне поверить!
– А что, если призрак –
Бабушка Роза нахмурилась и села, смахнув на песок шляпу. Ей почему-то хотелось, чтобы Гектор Бальзамо оказался её предком. Но Маргарита была права…
