Это была уже вторая дуэль в его жизни, и это нервное ожидание было ему знакомо. Тем удивительнее было для него поведение Шеховского беззаботно насвистывающего легкомысленный мотивчик.
Секунданты, закончив свои дела, подошли и, открыв коробку с уже заряженными дуэльными пистолетами, предложили князю первому выбрать себе оружие. Тот, без раздумья взял лежащий справа и пошел к указанному для него месту.
— Итак, господа, — громко сказал один из секундантов, — по команде "к барьеру" вы начинаете сходиться до места, отмеченного лежащими башлыками. Дальше иди нельзя, надо стрелять. Любой из вас может выстрелить раньше, но только после команды.
Дуэлянты разошлись на пятьдесят шагов и стали на свои места. Громко прозвучала команда
— К барьеру!
Медленным шагом они начали сходиться. Не успели, они пройти несколько шагов, как прозвучал выстрел.
Ошеломленные секунданты, во все глаза пытались понять, кто выстрелил первым. Они не заметили никакого движения. Но сейчас все было ясно, пистолет Шеховского еще курился легким дымком. А поручик Целищев сидел на земле и громко матерился, держась за руку.
Подбежавший секундант пистолета рядом с ним не обнаружил. Большой палец правой кисти поручика был уродливо вывернут. А исковерканный пистолет лежал в нескольких шагах от него.
Секунданты поглядели друг на друга, и синхронно пожали плечами.
— Черт, — сказал один из них, — единственная пара пистолетов была, князь, послушаете, вы испортили дорогущий пистолет, — обратился он к Шеховскому.
Тот пожал плечами:
— Все вопросы к проигравшей стороне, — и кивнул в сторону поручика.
Весна пришла и в Петербург Яркое солнце светило прямо в кабинет главы III отделения канцелярии ЕИВ Александра Сергеевича Бенкендорфа. Он сидел за столом и задумчиво крутил в руках гусиное перо, слушая начальника корпуса жандармов Леонтия Васильевича Дубельта. Тот в это время сообщал своему шефу последние сведения о наблюдении за надворным советником Сидоровым.
— Александр Христофорович, в течение последних двух месяцев мы ведем наблюдение за этим человеком. Надо сказать, у меня было много сомнений, когда вы перепоручили нашему корпусу эту задачу. Очень недостаточно фактов было с вашей стороны и сведений о его возможной враждебной деятельности. Тем не менее, моими подчиненными была проделана большая работа и вот что они смогли обнаружить. Надворный советник Сидоров намного чаще посещает английское посольство, чем это необходимо по службе. Но больше тревоги вызвала его тайная жизнь. Оказывается он, переодевшись, два раза посетил некий чухонский притон на Васильевском острове. И там в это же время был замечен один из секретарей английского посла.
В первый раз наблюдатели просто проследили за их встречей. После того, как мне доложили об этом, была дана команда, под видом бандитов ограбить этого секретаря.
Этот англичанин оказался не робкого десятка, и попытался сопротивляться, поэтому пришлось действовать по-другому варианту и его слегка придушили. У него были изьяты несколько документов в зашифрованном виде, и несколько секретных документов, к которым имел доступ Сидоров.
К сожалению наши криптографы пока не справляются с расшифровкой этого текста. Они утверждают, что англичане сменили шифр.
— Леонтий Васильевич, а как отреагировал Сидоров на ограбление своего связного? — с любопытством спросил Бенкендорф
Дубельт усмехнулся.
— Наблюдатель докладывает, что теперь даже на работе пьет успокаивающие настои, спал с лица и бегает в нужник в два раза чаще, чем раньше.
— Эко приперло подлеца, — задумчиво сказал Бенкендорф, а что его начальники коллежский советник Яворский, надворный советник Силантьев, они никак в деле не участвуют?
— Нет, Александр Сергеевич, мы тщательно проверили, никоим образом к преступлениям Сидорова они непричастны, — был категорический ответ Дубельта.
— Знаете, Леонтий Васильевич, я конечно рад, что мы нашли только одного недостойного человека в нашем ведомстве, но его непосредственные руководители виновны в том, что создали в департаменте такие условия, что кто-то может скопировать секретные документы, и никто, вы слышите! Никто, этому не препятствует. Поэтому я слушаю ваши предложения по разрешению этой неприятной для нас ситуации. Прошу вас говорите.
