Через минуту расплывчатость начала как бы улетучиваться, и Марина рассмотрела, что перед ней (перед ними с Олегом – если точнее) обыкновенный человек выписывает весьма странные кульбиты в пространстве. Одет человек в странные блестящие доспехи, отдалённо напоминающие рыцарские, которые очень сковывали его движения, придавая им неуклюжесть. Сзади в качестве портативного рюкзака было прикреплено нечто среднее между дипломатом и чемоданом. Двигался незваный гость почему-то задом наперёд.
Пришелец пересёк пространство комнаты по диагонали, затем закружил на месте. У Марины сложилось впечатление, что «инопланетянин» страшится во что-нибудь врезаться на пути. Впрочем, как и все люди при движении задом наперёд. Правда, этот двигался в десятки раз быстрее, Марина так бы вряд ли смогла.
Ощущение «матового стекла» постепенно исчезло. Зрение автоматически настраивало фокус, «залетевший» становился чётче, звуки, которые он издавал при движении – громче.
Марина сравнила бы его одеяние со скафандром, но не сплошным, а – фрагментами. Вокруг рук и ног вращались серебристые кольца, причём в разных направлениях. Туловище оставалось, если не считать чемоданчика на спине и лямок, обхватывающих плечи, совершенно обнажённым. На голове подобие гермошлема с маской, отдалённо напоминающей ту, с которой ныряют дайверы. Кисти рук скрывали… вратарские краги. Складывалось впечатление, что он весь куда-то движется, плывёт.
Движения «пришельца» тем временем замедлялись. Наткнувшись на стол, перевернув табуретку, чиркнув подоконник, зацепив кровать, наконец, он с грохотом «впечатался» в стену. Кольца при этом продолжали вращаться, хотя и медленней, чем первоначально.
Когда «отклеился» от обоев, на них остались розоватые разводы. Словно боксёр после двенадцатого раунда боя за звание чемпиона мира, «пришелец» в бессилии рухнул на кровать. Марине его стало искренне жаль.
Серебристые кольца на теле при этом прекратили движение, раздались щелчки. Чемоданчик, краги, маска, кольца – всё начало «отстёгиваться», складываться одно в другое, открывая любопытным взглядам совершенно голого парня, раскрасневшегося, словно только из парилки.
Разглядев лицо «незваного гостя», Марина вскрикнула:
– Боже, Василий Зубарев! Вот так встреча!
Взглянув в её сторону, пришелец схватил с кровати покрывало, кое-как им прикрылся и устало усмехнулся:
– И ты здесь, газетчица! Начнёшь снова про интервью в свой журнал? Думаешь, раз не распилил в прошлый раз, можно постоянно перед глазами маячить? Это можно вмиг исправить!
– Что вы, Василий! – вскочила, словно ошпарившись, Марина и начала пританцовывать для убедительности своих слов на скрипучих половицах. – Всё у меня живо в памяти. Особенно ощущения красного ящика… Боже упаси повторить такое! Кстати, я так и не поняла, кто тогда помешал выполнить задуманное? Насколько я разбираюсь в людях, вы бы непременно распилили меня, если.
– Вот-вот, про ящик это ты как нельзя кстати, – закивал «факир-циркач», – его ты в мыслях, насколько я помню, очень метко окрестила цинковым гробом. Помнится, предупреждал тебя, чтоб ко мне не приближалась… А опять поступила по-своему! Думаешь, если я в таком виде после трансмикции, так ни на что не способен? Забыла те ощущения? Ту головную боль?.. А кто помешал, того сейчас нет, и хватит о нём!
Боль Марина помнила, разве такое забудешь! Однако больней всего ей почему-то было в этот момент смотреть на Камелотова, который воспринимал её диалог с пришельцем как мегаблокбастер, идущий в 4D-формате, когда на его глазах только что пришедшая к нему женщина встала и профессионально «встроилась» в сюжет. Квадратные глазищи, широко раскрытый рот, испарина – фотографируй, не хочу.
Пришелец что-то ещё угрожающе бурчал, отстёгивая, свинчивая с себя портативный чемоданчик. Слетевшие к тому времени кольца «висели» в воздухе, ожидая своего часа. Потом «факир» смолк, лишь в тишине мерно позвякивало его оборудование, компактно складываясь в чемоданчик, напоминающий в раскрытом виде объёмный ноутбук.
Марина чувствовала смущение, так как под кольцами скрывалось обнажённое тело отнюдь не атлетического сложения. Она старалась отвести взгляд, но продолжать диалог, глядя в сторону, было неимоверно трудно. Факир мог в любой момент отчудить что-нибудь этакое, и следовало быть готовой ко всему.
Пришелец словно не чувствовал своей наготы. Сняв оборудование, по-хозяйски открыл ящик комода, достал оттуда комплект нижнего белья, махровый халат, и через пару минут выглядел намного респектабельней Камелотова. Засучив рукава, вытянул вперёд руки, и к нему на запястья из дипломата «запрыгнули» и тотчас защёлкнулись два серебристых кольца с проводками. Марина сравнила бы их с электродами для регистрации кардиограммы.
– Извините, предосторожность никогда не помешает. Меня тут неделю назад на крыше одного из домов чуть не убила одна дамочка. Прикиньте, ножичком в меня запустила. Слава богу, реакция сработала…
Хозяин дома попытался что-то возразить, но факир оборвал его:
