Та, ловко переняв эстафету, кинулась ко мне на шею и с воплями «На кого же ты нас покидаешь…» зацеловала всю. Я безуспешно пыталась отстраниться. Дело в том, что ранее я не покидала своих родителей дольше, чем на день. Надо изменять свои привычки, вон какие они стали любящие и покладистые.
— Ма, он же ждет!
— Ах, конечно-конечно…
Когда я спустилась, Николай как раз закуривал возле машины.
— Ай-яй-яй, вредная привычка! — покачала я головой. Раз уж мы дошли до такой стадии, что отдыхаем вместе, имею право сказать свое фи.
— Бросаю, — улыбнулся он, потушил сигарету и оглядел мой небольшой пакет. — И все? — изумился он. — А я собирался помочь с транспортировкой багажа.
Я кивнула на дамскую сумочку размером в два спичечных коробка, висевшую на плече.
— Еще сумка!
— Ну это полностью меняет дело! — пошутил он. — Честно говоря, я рассчитывал как минимум на три здоровенных чемодана. Вы женщины такие! На два дня шмоток берете, как на полгода — на все случаи жизни.
— Да я вообще аскет! — не преминула похвастать я.
— Можешь спать на сырой земле, пристроив под голову камень как Диоген? — хихикнул он.
— А то!
Хрякин уже завел мотор, но тут в стекло с моей стороны кто-то постучался. Я вздрогнула и, обернувшись (до этого неприлично, но привычно разглядывала прекрасное лицо своего кавалера), заметила бомжа Василия с редкой фамилией Бардо. Опустив стекло, поздоровалась.
— Привет, — ответил Василий и заулыбался. — Я хотел поблагодарить тебя.
— Да не стоит.
Тут я наткнулась на недовольно-недоуменный взгляд Хрякина: с кем ты общаешься? В ответ на его взор неопределенно махнула рукой. Пусть считает, что я ночами подкармливаю бомжей, предварительно светя им свечой в окошко. Незачем ему знать про помойный бак и камеру.
— Юль, если не секрет, почему нас выпустили из камеры? И что ты все-таки делала в помойном баке?
Ну вот, приехали. У моего бойфренда от этих слов вытянулось лицо и самопроизвольно отвисла челюсть.
— Да вот… случайно забрела…
— Внутрь помойного бака?! — воскликнул Хрякин.
Ну и что теперь?
— Э-э… Ну…
— Ты пьяна была хотя бы? — подсказал Ник.
— Да!
— Нет! — синхронно со мной ответил бомж, одновременно выгораживая меня и топя. — Юля не пьет! Она чистейший человек из всех, что я встречал!
Ну и что прикажете делать? Алкогольное опьянение было бы лучшим объяснением, чем поиск денег. Я не хотела рассказывать Коле всю историю, потому что не желала, чтобы он думал, что моя семья сбежала из психушки. В идеале он должен познакомиться с ними на нашей свадьбе, когда уже поздно для побега.
Бомж тем временем решил продолжить беседу, решительно наплевав на то, что нам, вообще-то, давно пора уезжать. С его уст слетело излюбленное:
— Хочешь, поведаю тебе свою историю? Мне всего двадцать пять лет. А выгляжу на сколько? То-то же. В этом виноваты сволочи банкиры!
Этого Хрякин выдержать уже не мог. Выйдя из машины, преодолев пренебрежение, подошел к Бардо и, брезгливо сморщившись, постучал указательным пальцем по Васькиной панамке. От неожиданности бомж подпрыгнул и стал поправлять съехавшую набок розовую в белый цветочек панаму с веселыми рюшечками. У меня такая в детстве была, годика в два-три. Хотя, может, это она и есть? Вроде мы совсем недавно с мамой собирали мои старые детские вещи, чтобы выбросить за ненадобностью.
— А?…
— Гражданин, в чем дело? — возмутился мой защитник. — Вы, пожалуй, обознались. Эта изысканная дама никогда не бывала в подобных местах. Так что идите себе…
Живя на улице, Вася научился чувствовать опасность, и спокойный, почти вежливый тон не мог сбить его с толку. Через секунду его рядом не было. Коля вернулся в салон, завел мотор, и мы наконец тронулись.
«Изысканная, — трепетала я. — Он сказал, я изысканная!»
Интересно, что творится у него в душе?
— Черт-те что творится! — рыкнул он в ответ на мои мысли. Неужели я опять сказала вслух? Катастрофа!
— П…почему ч…черт… те что? — слегка заикаясь, взволнованно спросила я.
— Потому что жизнь такая! Черт знает что, а не жизнь. Какие-то отморозки у Наташки требуют миллион «зеленых» якобы за то, что Саня когда-то занимал у них пятьсот штук, а вернуть не успел, и теперь набежали проценты. В противном случае грозятся убить. Запугали девчонку, козлы. — Я ощутила стыд. Вот почему она мне звонила! А я даже не вспомнила о ней с момента похищения. Впрочем, в свое оправдание могу сказать, что мы с Катькой тоже наткнулись на «отморозков». — У тебя-то что стряслось? — спросил он, то ли вспомнив, что я обещала что-то рассказать, то ли из-за того что я продолжала разминать спину. Я кратко пересказала, не вдаваясь в подробности и с удовлетворением отмечая, как цвет лица Николая меняется с ракетной скоростью с нормального до зеленоватого в красную крапинку. Переживает за меня! — Блин, вот… Я же говорил тебе!! — рявкнул он так, что я оглохла на левое ухо. Ура! Он на меня уже рявкает!
— Но я ведь бросила расследование!
— Видно, забыла ИМ об этом сказать!
