На четвертое утро Мари разбудило какое-то смутное воспоминание, промелькнувшее во сне и тут же угаснувшее, – от него осталось лишь неясное чувство, каким-то образом связанное с теми местами, куда они направлялись. Она встала, зажгла фонарь и начала расхаживать перед большой картой. Одно из названий привлекло ее внимание. Орчилла… На Орчилле можно будет найти питьевую воду, как, впрочем, и на любом другом из полдюжины расположенных вокруг островков. Но тогда что же?
Бен! Вот кто говорил ей об этом острове. Кто-то из его знакомых пиратов там побывал: Лувто – так, кажется, его звали. Устав от пиратской жизни, он удалился на Орчиллу и поклялся прожить там остаток жизни. Если он еще жив, возможно, им удастся разыскать его.
Вне себя от волнения, Мари выбежала из каюты. Нэд и Пул стояли на вахте. Она кинулась к ним… и неожиданно почувствовала какую-то перемену.
Нэд сам уже направлялся к ней.
– Ветер дует с юга. Он усиливается.
– Что-то не нравится мне эта чертова погода, – услышали они сонный голос Тома Ганна.
В перемене ветра, которая могла означать приближение шторма, крылась для них главная опасность. Корабль уже и так едва продвигался вперед. Если все будет продолжаться в том же духе, им придется менять курс.
Волны вздымались все выше. Мари пришлось ухватиться за перекладину, чтобы сохранить равновесие.
– У нас есть три возможности: идти на восток, на запад или на север. Что вы скажете?
Ее помощники молчали.
– На востоке Ливордские острова и англичане, на западе мы можем не увидеть земли до самой Центральной Америки.
– А если на север? – спросил Нэд. – При таком ветре мы пойдем со скоростью шесть-семь узлов и попадем в Пуэрто-Рико.
– Но что, если через два дня ветер снова переменится? Тогда нам опять придется поворачивать.
– Что же ты предлагаешь? – Нэд уже начинал злиться. – У нас осталось всего семь дней.
– Держать тот же курс, сколько сможем. Я не собираюсь плыть в лапы к англичанам.
Мари попыталась утихомирить своих помощников:
– Как ты думаешь, Том, смогут наши люди удержать корабль в шторм?
Моряк некоторое время колебался, прежде чем ответить:
– Думаю, да, если только не дойдет до такого, как в прошлый раз.
– Значит, так мы и сделаем. Спустим все паруса, кроме кливера, и ляжем в дрейф, пока ветер не стихнет, а потом снова возьмем курс на юг. Что скажете?
Паруса хлопали все сильнее, корабль подпрыгивал на волнах, словно говоря о том, что решение нельзя откладывать.
– Согласен, – наконец произнес Том.
– Нэд?
– Вся проблема в этой чертовой воде. Придется сократить норму.
– Значит, три кварты в день еще два дня, потом, если шторм не утихнет, по две кварты.
– Я за этим прослежу. Сейчас созову всех.
На рассвете «Шпага Корнуолла» с подобранными парусами легла в дрейф.
Шторм продлился пять дней, а на шестой ветер переменился на северо-восточный, и они снова смогли взять курс к Южной Америке. У них оставалось всего сто двадцать пять галлонов воды; если повезет, они смогут достичь земли за два дня, но кто знает… К счастью, никто даже не пытался выпить больше положенной нормы. Мари это казалось чудом, за которое она втайне благодарила Бога.
– Эй! – Все взгляды обратились к грот-мачте. – Судно по правому борту!
Мари взглянула в подзорную трубу.
– Это «Нино Мунес», испанский торговый корабль с островов… У них наверняка достаточно воды.
– Вот только вряд ли они захотят с нами поделиться, – мрачно заметил Том Ганн.
– А кто их спросит! – вмешался Нэд. – У нас есть оружие, и преимущество на нашей стороне.
Мари поняла – в этот раз спорить было бесполезно. Торговцу придется выполнить их требования, хочет он того или нет.
На «Шпаге Корнуолла» быстро подняли английский флаг, чтобы никто не заподозрил неладное, и зарядили орудия; команда приготовилась открыть огонь по первому же сигналу.
Корабли быстро сближались. Прежде чем на «Нино Мунес» что-то заподозрили, их уже взяли под прицел. На воду были спущены две лодки с двадцатью моряками: одной командовал Том Ганн, другой – Нэд Слай. Мари стояла пригнувшись за спиной Тома.
– Мне не нравится, что вы тоже здесь. Это не место для…
– Женщины? А как насчет командира, Том?
Она попыталась поставить себя на место капитана испанского судна. Судя по всему, без боя он не сдастся. С другой стороны, какая разница – погибнуть сражаясь или умереть от жажды? Придется идти до конца. Главное – не выказывать страха.
– Джесс, подойдите поближе к Нэду.
Высокий моряк, единственный из всех хорошо говоривший по-испански, сразу повиновался.
– Похоже, они собираются арестовать нас. Какой сигнал для того, чтобы открыть огонь, Том?
– Я сказал Бену, чтобы ждал, пока кто-нибудь из нас не поднимет вверх пистолет.
– Прекратить грести. Подавайте сигнал!
Том побледнел.
– Мы слишком близко. Если они возьмут чуть ниже…
– Сигнал, черт возьми!
Том выхватил из-за пояса пистолет. Позади них с борта корабля открыли беглый огонь, и посыпавшийся град ядер поднял столбы брызг.
Все, кто был в лодках, почти одновременно пригнулись.
– Гребите! – закричала Мари. – Гребите быстрее!
