Даша вызвалась остаться в деревне, пока не решится вопрос с животными и продажей. Убедив родителей, что по учёбе все уладит, она проводила их, запирая ржавую калитку лишь тогда, когда на горизонте перестал быть виден силуэт машины.
Тогда Даша поспешила в дом: погода совсем не радовала, промозглый ветер продолжал пробираться под куртку, а затянутое пеленой небо давило головной болью.
В бабушкином доме всегда было тепло. Никаких батарей и лёгкости городской жизни. Но Даше повезло: в сарае лежали заготовленные дрова на всю зиму, и ей нужно было лишь донести их до печи. Растапливать её было уже не так сложно: руки помнили, чему их учили, как оказалось, так давно.
Электричество и газ были, так что едва за окном темнело, можно было включить насколько ламп в разных комнатах, освещая дом. Едва закрыв за собой, Дашка сразу же заперлась на все замки, какие врезали в дверь, и только после этого последовала дальше.
Бессонные ночи не прошли даром, и едва в доме потеплело, Даша начала проваливаться в дрёму.
Она поставила телефон на зарядку, умылась, запустила котов и легла спать, поставив на тумбу рядом с кроватью стакан воды, чтобы ночью не вставать. Едва Даша погасила свет, Чёрный и Рыжий забрались в ноги и начали умываться.
После поминок с зеркал сняли тряпки, и Даша оказалась напротив собственного отражения. Неужели бабушка так и спала? Нет, кровать стояла по-другому, она это помнила. Гроб сначала хотели ставить в этой комнате, поэтому передвигали кровать. Даша не знала примет, запрещающих это, но спать напротив зеркала она точно не хотела. Кожей чувствовалось, как отражение липнет к телу непрошенными взглядами, пускай в жизнь по ту сторону зеркала, что была излюбленной темой подростковых фантастов, Даша давно не верила. Перестала тогда же, когда перешла на более взрослую литературу.
Сдёрнув с верхней полки простыню, Даша набросила ту на раму и, погасив свет, благополучно уснула.
Её разбудил стук. Методичный и звонкий, он сначала казался отголоском сна, но вскоре Даша окончательно прогнала туман из головы и поняла, что звук реальный. Кто-то раз за разом стучал в окно, прямо над её головой, за тонкой шторой.
Кто-то из родни вернулся? Или, может, соседу Витьке не спится, ходит-ищет собутыльника? Пока Даша думала, по ту сторону стекла замолчали, и она уже выдохнула, как другое зрелище повергло в ужас.
На зеркале не было простыни. И она не валялась на полу, смятая и упавшая под ноги, нет. Тряпки вовсе не было.
Даша почувствовала, как начала замерзать, но набраться духа и сдвинуться с места не могла. Пока она не двигалась, реальность оставалась прежней, её дыры не ползли в разные стороны, впуская в этот мир кошмары из головы маленькой девочки.
Шесть лет она не видела вывернутых. Теперь, когда снова вернулась в эту чертову деревню, всё повторилось.
Она точно помнила, как завешивала своё отражение, а теперь глядела на саму себя, замерев от страха.
Тем временем в окно снова постучали. Три раза с одинаковым интервалом, будто стояли с секундомером.
Даша зажмурилась, вдохнула больше воздуха и снова открыла глаза. Реальность оставалась прежней. Даже после того, как она встала с кровати и на носках прокралась к окну.
Стук повторился.
А вдруг там грабители? С чего Даша взяла, что к ней ломится кто-то из своих, безобидных? Может, пошёл слух, что старушка отошла в мир иной, и самое время поживиться чем-нибудь в её доме. А здесь, вот так сюрприз, Даша.
Вряд ли они обрадуются.
Штора двигалась от сквозняка: ветер никак не успокаивался и продувал деревянные окна насквозь. Даша ещё какое-то время наблюдала за расходящимися по ней волнами, а потом резко дёрнула в сторону: кольца, на которые она крепилась, характерно лязгнули.
Во дворе никого не оказалось. Кроме ворона, усевшегося на наличник и долбящего стекло клювом. В подтверждение Дашиной догадки он ещё раз постучал, как делал до этого не менее получаса.
Даша вздохнула с облегчением. Пускай вороны за сегодня ей немыслимо надоели, но они не так опасны, как желающие зла люди. Даже такие настойчивые.
Она замахала руками, прогоняя его. Но тот лишь склонил голову набок, как делал его предшественник. А, может, её преследует одна и та же птица?
Если так, скорее всего бабушка просто его прикормила. Милосердия ей было не занимать, а этот любитель халявы мог покривляться перед ней, делая вид, что с крылом что-то не так, и корм до конца жизни был обеспечен.
Стук по окну также не возымел эффекта. Тогда Даша сходила на кухню и вернулась с буханкой, на ходу отрывая и катая в пальцах маленькие кусочки. Может, теперь он от неё отстанет?
Когда окно было открыто, и Даша даже начала бросать ему угощение, вместо того, чтобы опуститься на землю и подобрать его, ворон влетел в комнату. Пролетел над потолком за один взмах крыльев и приземлился на верхней полке шкафа. Там, откуда ещё вечером Даша взяла простынь.
– Глупая птица!
Оба кота мгновенно проснулись, вскочили на лапы и зашипели, выгибая спины. Ворон даже не удостоил их взглядом. Он смотрел лишь на Дашу.
