– Хантер, дети чаще всего появляются, когда люди любят друг друга или трахаются без контрацептивов, понимаешь? Так что, мое предложение пописать на тест еще в силе. Думаю, у Санни найдется лишний. Хотя… – я резко выдыхаю, осознавая, что все это так бессмысленно, – зачем я вообще пытаюсь что-то тебе доказать? Тебя ведь не должно это волновать. Ты ведь сказал, что хочешь, чтобы я была счастлива, и понимаешь, что с тобой этого не будет. Ты сам решил отойти в сторону и предоставил мне возможность жить свою жизнь. Так, прости, какого черта, ты сейчас хочешь от меня? Какого хрена…
Мой поток речи прерывается на этом моменте из-за того, что на мою голову что-то падает, а потом скатывается на землю между мной и Хантером, словно увенчав финал нашего бурного разговора.
Медленно опускаю взгляд вниз и вижу, что это упавшее «чудо» – букет невесты.
Оборачиваюсь и вижу довольную Санни, которая машет нам рукой и улыбается. Она явно тщательно продумала, как подбросить букет, чтобы он точно попал в мою голову.
На несколько секунд я закрываю глаза, стараясь прогнать напряжение и ровно дышать, затем смотрю на Санни и киваю ей, выражая благодарность за такой
Перевожу взгляд обратно к собеседнику, который тоже улыбается. Это вызывает во мне странное чувство…
Хантер подходит ближе, поднимает букет и вручает его мне в руки.
– В этот раз не пришлось тебя целовать, чтобы заткнуть, – говорит он, и в его голосе я слышу скрытую нотку.
– Лучше бы ты просто поцеловал, чем вот это все, – произношу на выдохе.
– Хочешь? – полушепотом спрашивает он.
– А ты?
– Безумно, – хрипло говорит он, и мой мир рушится и строится заново в этот момент.
– Тогда покажи свои чувства к
– Мне плевать на зрителей, Тея, – уверенно заявляет он.
– Только на них? – шепчу я, мечтая услышать «да».
– На всех, кроме тебя, – отвечает он, поддевая мой подбородок своими пальцами. – За все, что произошло сегодня и произойдет дальше – прости. Я – идиот. Я не должен был лезть к тебе с этими вопросами. Ты взрослый человек, который сам знает, что делать и какие решения принимать.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, его губы легонько касаются моих. Это легкое, едва ощутимое прикосновение заставляет меня буквально пылать. Чувствую, как по телу проносится волна агонии, пробуждая в каждой клеточке непроизвольные эмоции.
Он целует меня так осторожно и нежно, словно спрашивая, уверена ли я в этом шаге. А я уверена? Сама не знаю, но мои руки и губы делают выбор за меня, не спрашивая на это разрешения.
Я обвиваю его шею руками, придвигаясь ближе к его телу, углубляя поцелуй. Чувствую, как сильно мне не хватало этого момента – поцелуя, который заставляет внутри все крутиться вихрем, низ живота яростно пылать и желать уединения, сорвать с себя это тесное платье, с него брюки и наслаждаться до тех пор, пока меня реально не начнет тошнить от него. Да, такие чувства вызывает у меня этот поцелуй.
Он кладет руки на мою поясницу, посылая невидимые импульсы прямо в мой мозг. Токи пробуждают во мне ощущение родного тепла, радости и умиротворения. Хантер обладает талантом выводить меня из себя, но парадокс в том, что он же умеет меня успокаивать.
Мы могли бы стоять так весь оставшийся вечер, если бы у Хантера не начал вибрировать телефон в кармане, вызывая приятные покалывания в области моего бедра. Он отстраняется от меня, и на мгновение наши взгляды встречаются.
Одна секунда – как целая вечность, полная эмоций.
Сотни ударов в груди. Пылающие губы. Сладкое предвкушение продолжения.
– Прости, – говорит он, отступая, чтобы ответить на звонок. И теперь я теряюсь в догадках: это извинение за поцелуй или за то, что он был вынужден отойти от меня?
Простояв несколько минут в одиночестве, ко мне все-таки подходит Санни и признается, что видела, как мы ссорились, и поэтому в ее голову не пришло ничего лучше, чем кинуть в меня букет, который мог бы успокоить нас. Судя по всему, ее работа была выполнена удачно, ведь напряжение исчезло, но надолго ли? Мне приходится ее успокаивать и объяснять минут десять, что мы не ссорились, а просто обсуждали спорный момент.
Когда Хантер возвращается, мы наконец-то садимся за стол. Ужин начинается, но мои мысли находятся далеко от еды. И нет, они больше не направлены на мою неполноценность, они направляются в сторону сидящего рядом со мной человека, который не зная этого, одним поцелуем вернул мне уверенность в том, что все в порядке и что я могу жить дальше.
Я всем своим телом чувствую его присутствие, периодически бросаю на него взгляды, и в один из таких моментов, он тоже поворачивается и смотрит на меня. Он выглядит спокойным, уравновешенным, будто ему тоже стало легче от того, что произошло, и это вызывает на моем лице улыбку.
