На горизонте – твоя любовь полностью

Например, сегодня, слушая новые треки Tommee Proffit, я в очередной раз задумалась о том, что же было бы со мной, если бы в ту ночь я не сбежала? Получилось ли между мной и Хантером что-то нормальное? И сколько бы не размышляла на эту тему, я всегда приходила к выводу: если бы в ту ночь ничего не произошло, то это случилось бы в другой раз.

Натянув на свое лицо потрясающую улыбку, которая в отражении зеркала совсем не выглядит искренней, я запираю двери и спускаюсь на первый этаж. Выхожу на улицу и направляюсь на поиски цветочного магазина.

Подойдя к нему, я вхожу и встречаю молодого парня-флориста, который упаковывает потрясающе красивый букет, состоящий из более чем сотни анемонов.

– Здравствуйте, – приветствую я, неотрывно рассматривая его работу. – Могу ли я приобрести такой букет, только в четном количестве?

– Здравствуйте. К сожалению, это последние анемоны в нашем ассортименте, но я могу предложить вам розы, гортензии, хризантемы или пионы. Как вы смотрите на это? – отвечает он, стараясь сохранять вежливость в голосе.

– Но у вас ведь за спиной есть еще, – киваю головой на стоящие в вазе цветы.

– Я не успел их добавить в этот букет, – говорит он, пожимая плечами. – Заказчик требовал все анемоны, которые есть в магазине.

– То есть…

Я не успеваю договорить, как дверь в цветочный магазин открывается и, обернувшись, я вижу его.

Тот самый Хантер, которого я не видела восемь месяцев. Мой взгляд застывает на нем, его холодная аура вмиг атакует меня, превращая в крошку на булочке. Я не могу оторваться от него, наблюдая за каждым изменением его эмоций, когда он рассматривает стоящие за стеклянной стеной цветы.

Он перебрасывает взгляд с одной вазы на другую, а потом поворачивается, позволяя мне лучше рассмотреть его лицо, спрятанное под маской холодности, а глаза – под темными очками.

Меня резко обдает холодом, затем бросает в жар, а после всех этих перепадов температуры, все, что я могу сделать – это нагло забраться под прилавочную стойку и умоляющим взглядом, со сложенными руками около лица, просить флориста не выдавать меня.

«То есть с Дженни и Мэддоксом, которые живут от меня приблизительно в двадцати пяти милях езды, я за все это время ни разу, даже случайно, не пересеклась. А стоило мне прибыть в Лос-Анджелес на сутки, зайти в первый попавшийся на пути цветочный магазин, и я сразу же сталкиваюсь с ним. Серьезно? Вселенная, у тебя «потрясающее» чувство юмора…»

Молодой парень отходит на приличное расстояние и смотрит на меня так, как будто я встала на колени не потому, что хочу спрятаться от неожиданного посетителя, а по причине того, что сейчас расстегну его ширинку и буду вытворять необдуманные действия с его членом.

Быстрым движением руки я достаю из своего кармана пару купюр, вкладываю в его карман и, кивнув в сторону выхода, жестами намекаю, что мне нужна помощь. Флорист, в свою очередь, непонимающе смотрит сначала на меня, а затем в сторону, где, вероятно, стоит Хантер, но ничего не говорит. Он возвращается к стойке и продолжает заниматься оформлением букета.

– Ханс, привет, – звучит настолько знакомый мне тембр голоса, что я готова просто растечься лужей прямо здесь, и не из-за того, что хочу слышать от него слова в свой адрес, а потому что он слишком близко. – Букет готов?

– Как раз заканчиваю, осталось немного, – говорит парень, отходя за остальными анемонами. И все бы могло закончиться прекрасно, если бы он не споткнулся о свою же ногу и не полетел прямо на пол.

«Твою мать, почему хотя бы сейчас все не может быть по-нормальному? Что, черт возьми, происходит с этим миром? Почему все идет наперекосяк, стоит мне только оказаться рядом с Хантером?»

Парень поднимается на ноги и смотрит на меня так возмущенно, как будто это я подставила ему подножку. А я смотрю на него, стараясь не издавать ни единого звука.

– Ханс, я помешал тебе?

Я закрываю глаза, пытаясь отдышаться и привести себя в чувство. Но, черт, как же трудно это сейчас сделать.

– Нет, – слишком резко отвечает Ханс, бросив гневный взгляд на меня.

– Мне кажется, что все-таки помешал.

Я чувствую упирающийся в мою голову взгляд Хантера даже сквозь искусственные пряди. От ощущения того, что он настолько близко, меня снова окутывает странное чувство внутри, как будто его взгляд способен прожечь черепную коробку, добраться до мозга и узнать, что я, черт возьми, это я.

Как же хорошо, что я додумалась надеть черный парик и не оставила свои локоны в привычном виде. Хотя, вряд ли он узнал бы меня по волосам.