– Я готов был ради ее счастья отказаться от всего, что мы планировали. Для меня стало важным сделать так, чтобы она жила, не думая о прошлом. Я собирался действовать самостоятельно, но эта девчонка… – говорит он, качая головой. – Она не сдалась, она просто взяла маленькую паузу, чтобы вернуть своим мыслям правильное течение… по ее мнению, правильное.
Я впитываю каждую букву, каждое слово, каждое предложение и интонацию его голоса.
– Когда был жив отец Теи, он работал на твоего отца, – продолжает он, и я вспоминаю то, что рассказывал мне мой отец. Отец Теи был предателем. Но так ли это на самом деле? – Он был внедрен в это дело, чтобы разрушить жизнь нерушимого Джеймса Каттанео, которому ни закон, ни право, ни живые люди не станут помехой в достижении целей. Ее отец нашел нужные доказательства, которые связывали его с людьми, торгующими детьми, как скотом, но, к сожалению, доверил все не тем людям, в следствии чего произошло то, что произошло: его убрали. Но вместе с ним убрали его жену, старшую дочь и Тею…
Я вспоминаю кулон Теи. Тот самый, который я вскрыл, нашел флешку, мельком взглянул на содержимое и закрыл. Если бы я, блять, посмотрел все, если бы я проверил все, прежде чем отдать ее своему отцу, все могло бы сложиться иначе. Наша жизнь могла быть другой. С этими доказательствами я мог бы убрать его. Спасти всех. Но я, идиот, поторопился. Я хотел избавить Тею от него, а получилось так, что все испортил, избавив Тею от себя.
– Это вторая причина, по которой Тея пришла к вам. Она хотела найти все сама. Найти и пойти против него, даже если бы это стоило ей жизни. Но тут произошла двойная трагедия, и она ушла. Умер Диаз – мой племянник, которому было почти девять лет. И в этот же день умер еще один близкий для нее человек.
Я начинаю думать, что он, наконец, произнесет самые ожидаемые слова, которые кружат в моей голове:
Но…
– Ты знал, что у семьи Спенсеров было трое детей? – спрашивает он с неожиданной серьезностью.
Я отрицательно качаю головой, не понимая, к чему он клонит.
– У Теи и Миды был старший брат, – продолжает он, и в его голосе звучит нотка печали. – К сожалению, он погиб при странных обстоятельствах в автокатастрофе вместе со своей женой всего через несколько дней после смерти родителей Теи и ее продажи. Оказалось, что он на самом деле жив, но эта новость недолго грела сердце Теи. Вскоре он действительно умер – разбился на машине. Парадокс. Второй раз стал роковым. Настоящее имя ее брата – Дион Спенсер, но ты знаешь его как Коннал Хьюз.
Шестеренки в голове крутятся в ускоренном режиме, как будто пытаются уложить в порядок мысли, которые обрушились на меня целым потоком.
Причина, по которой Коннал, то есть Дион, согласился на все это дело, не заключалась в том, что я его попросил о помощи. Его мотивация была глубже, искренней – он хотел защитить свою сестру от моего отца. И теперь я понимаю, что он доверил ее мне, полагаясь на то, что я смогу оберегать ее, но, черт возьми, я ее потерял.
Почему он не сказал мне? Что останавливало его раскрыть мне всю правду? Отец? Или… я?
– Я не могу смотреть, как она страдает, Хантер, – его голос звучит гневно и болезненно. – Сначала она страдала из-за твоего отца, а теперь страдает из-за тебя. Она убивает себя. Ты не видел ее уже почти месяц, и то, как она выглядит сейчас, – это пустая безжизненная оболочка. Такую Тею я не видел еще никогда, даже после…
– Повтори, как ты назвал меня в самом начале? – прошу, глядя на точку перед собой, которую выбрали мои глаза.
– Как? Идиот? – не очень уверенно произносит он.
– Еще раз, – еще раз прошу, надеясь, что это поможет мне прийти в себя.
– Хантер, она любит тебя. Но из-за случившегося она ни за что не придет к тебе. Она думает, что ты ее ненавидишь. Думает, что она сломала твою жизнь.
– Она не делала этого. Я сделал все сам.
– Ты так в этом уверен?
– Да, – отвечаю, сжимая кулаки из-за злости на самого себя. Да, она обманула меня, но я ведь мог быть внимательнее. – Где она? – спрашиваю, поднимаясь со ступенек, и решаю перечеркнуть все планы на дальнейшее самобичевание.
– Нью-Йорк. Вот адрес. – Он протягивает мне лист бумаги. – Дайте друг другу последний шанс, – продолжает он, – и если вы не оправдаете ожидания, то в любой момент сможете отстраниться друг от друга. Но то, что видели все, кто видел вас вместе, – химический взрыв в ваших взглядах. То, что происходит между вами, происходит лишь единожды. По отдельности вы – два тлеющих огня, которые вместе способны устроить катастрофический пожар любви, в хорошем смысле. Пока ты и она дышите, у вас есть шанс на нормальное будущее. У вас есть возможность жить. И каким бы ни было ваше прошлое – оно в прошлом. Впереди только настоящее, которое в ваших руках. В ваших силах построить его, – говорит он, а я вспоминаю, что практически то же самое я говорил Тее.
Дослушав его речь, я отхожу к своей машине, открываю дверь и останавливаюсь. Оборачиваюсь к нему вполоборота и говорю:
– Спасибо, Доминик.
– Я сделал это для нее, Хантер.
