За розарием начиналась лестница. И хотя розарий назывался «старым» лестница была куда старше. Скорее всего, она была тут изначально, являясь ровесницей дворца. Лестницу, в отличие от розария, Тэсс очень не любила. Ступени были не просто старыми, сколотыми и покрытыми трещинами, но и огромными. Можно подумать, что в прежние времена люди были великанами, с досадой подумала девушка. Разве у прежних Ильдов ноги были намного длиннее, чем у их потомков? Тэсса не была маленькой, и коротконожкой ее тоже никак не назовешь, однако высота ступеней почти достигала ее колен. Каждый шаг давался с трудом, приходилось скорее спрыгивать, чем перешагивать ступеньки. Подол платья Лотэсса была вынуждена поднять несколько выше, чем дозволялось приличиями. Благо в это место редко кто забредал, а потому она рассчитывала, что минует дурацкую лестницу, никем не замеченная. На всякий случай, однако, Тэсс держала спину прямой, а голову высоко поднятой, дабы не смотреться со стороны совсем уж смешной. Именно из-за откинутой головы и взгляда, гордо устремленного вдаль, она и споткнулась на последней ступени.
Девушка не успела осознать, что с ней произошло, и толком испугаться, как оказалась в руках подхватившего ее мужчины, очевидно, стоявшего у подножия лестницы и не замеченного оттого, что она смотрела не вниз, а вперед. Подняв взгляд на своего спасителя, Тэсса вздрогнула, как от удара. Над ней, насмешливо улыбаясь, склонился не кто иной, как сам Валтор Дайрийский.
— Энья Линсар? — он изогнул бровь, изображая удивление. — Не стоит меня благодарить, я и без того по вашим прекрасным глазам вижу, как сильно вы меня ненавидите в этот момент.
— Пустите меня! — Лотэсса и впрямь задыхалась от злости на него, на себя и на обстоятельства, из-за которых оказалась в подобном положении.
— Разумеется, — король тут же разомкнул руки и даже сделал шаг назад. — А между тем, — усмехнулся Малтэйр, — я оказал вам неоценимую услугу, спас от поистине ужасной участи…
— От какой же? — меньше всего она хотела обсуждать случившееся, но вопрос сам сорвался с губ.
— Не столь страшна перспектива сломать себе ноги или даже шею, как рухнуть на колени перед дайрийским чудовищем. Не правда ли? Что может быть унизительнее?
Разве что рухнуть к нему в объятия, обреченно подумала про себя Тэсс. Но она не может позволить себе выглядеть в его глазах дурочкой, исходящей бессильной злобой. Даже оказавшись в крайне неловкой ситуации, нужно уметь сохранять лицо.
— Вы напрасно полагаете, эн Малтэйр, что не дождетесь благодарности, — увидев заинтересованность в его глазах, она продолжила. — Напротив, я чрезвычайно ценю вашу заботу. О, ваше беспокойство обо мне поистине безгранично! — с каждым словом яда в голосе прибавлялось. — Вы не только обеспечили мне своей высочайшей волей почетное заключение во дворце, но еще и лично соблаговолили следить за каждым моим шагом…
— Вы полагаете, я следил за вами? — Валтор расхохотался.
Вряд ли, конечно. Стал бы король утруждать себя или даже своего драгоценного Торна подобными вещами. Шпионить за ней приставили бы кого попроще и незаметнее. Но почему бы не уколоть Дайрийца лишний раз, заодно показав, что она не так уж и смущена случившимся.
Решив, что она сказала все, что хотела, Тэсса решительно развернулась к Малтэйру спиной и пошла прочь, искренне надеясь, что он не последует за ней.
— Смотрите под ноги, моя принцесса! — крикнул король ей вслед.
— Я не принцесса! — она даже не обернулась.
— И верно, — он усмехнулся. — Но не беда, скоро у меня будет право звать вас «моя королева»…
— И что? — Альва прямо-таки задыхалась от злости. — Теперь мы должны позволить перебить нас поодиночке, не оказывая ни малейшего сопротивления?!
— Брось, — поморщился Чиртон. — Нас, — он сделал особый упор на это слово, — нас никто не тронет.
— С чего такая уверенность? — ехидно вопросила девушка. — Только за последние дни двое покойников в нескольких кварталах друг от друга! У нас на глазах убивают людей!
— И что с того? — в голосе купца слышалась презрительная усталость, словно его утомляла необходимость объяснять глупой девчонке элементарные вещи. — Для того, чтобы охранять жизнь и имущество порядочных людей, есть стража. Конечно, стражники не могут, да и не должны защищать каждого жалкого бродягу, но уж поверь мне, достойных жителей столицы никто в обиду не даст. И вовсе нет необходимости самим хвататься за ножи и топоры, охраняя по ночам покой своего квартала. Странные, право, идеи приходят в твою голову, девочка.
— Тот, кого позавчера убили на Винной улице, бродягой не был, — возразила Альва. — Я сама видела! Одет прилично и …
— Альва, ты что, бегала туда? — перебила тетушка, и голос ее был весьма строг.
— Я хотела застать коменданта, — нехотя ответила девушка. — Но он уже уехал, а покойника как раз убирали с мостовой.
— Что за дела у тебя с комендантом? — Чиртон мгновенно насторожился.
