И вот сейчас Лера ехала с человеком, из-за которого ей пришлось проститься со всем, что было дорого, с человеком, которого она ненавидела и с которым теперь вынуждена была делать всё «вдвоём».
Автомобиль, промчавшись мимо Адмиралтейства, затормозил около величественного белокаменного здания с мраморными ступенями, на которых лежала красная дорожка. По обеим сторонам от лестницы при входе стояли красивые вазоны из белого мрамора с розовыми и голубыми гортензиями.
Швейцар, тут же сорвался с места и сбежав со ступеней вниз, распахнул дверь Lexus. Игорь вышел первым, затем, обойдя машину, лично помог выйти Лавровой. В это же время, белл-бой с лёгкостью подхватил её чемодан и понёс наверх.
— Это, случаем, не одна из резиденций Романовых? — усмехнулась Калерия, которая была немного в шоке от пафосности, царившей вокруг.
— Для своей жены, я хоть звезду с неба, но резиденции Романовых строго охраняются государством. — ответил Истомин. — А жаль, Зимний дворец тебе явно пошёл бы… — окинув девушку взглядом, добавил он.
В отеле поражало всё: архитектура, как во дворце, безупречный сервис, вежливость сотрудников.
Номер люкс, в который поселили Леру, был не менее прекрасен, чем все остальные интерьеры отеля: стиль всё тот же, что и в основном внутреннем убранстве-классический, стены выкрашены в приятный, нежно-голубой цвет, над большой кроватью размера king size, расположен балдахин благородного кремового оттенка; вся мебель в номере дубовая, красивого древесного оттенка, всё говорит о величественности и подчёркивает аристократизм: золочёные рамы, резные ножки стульев, пуфов, и комода, изящные картины на стенах и дорогие вазы, умело вписанные в интерьер.
— Нравится? — спросил мужчина, проследив взглядом за Лавровой, рассматривающей каждую деталь.
— Красиво. — без особых эмоций пожала плечами она.
— Выйди на балкон. — попросил Игорь.
Лера распахнула дверь, ведущую на террасу, где стоял милый, кованый столик с двумя удобными стульями и увидела крышу и фасад Исаакиевского собора.
— Исаакий… — задумчиво произнесла она и вздохнула. — Когда-то мы с папой приезжали в Питер и подолгу гуляли рядом с этим собором. Папа мечтал, что однажды, мы приедем всей семьёй и поселимся в гостинице «Астория» с видом на него. И вот, его мечта практически сбылась у меня.
— Ты рада? — спросил стоящий немного позади Истомин.
— Безумно. Золотая клетка, поначалу, очень очаровывает. — сиронизировала девушка и ушла с террасы.
Прошло три дня.
Калерия бродила по городу на Неве, учась дышать с ним в унисон, пытаясь забыть такую непохожую на него Москву. Её восхитили белые ночи, которые она начала проводить на набережных, сидя у самой воды и смотря на развод мостов. Несомненно, Санкт-Петербург был величественным, красивым городом, с лоском, с имперским шиком, который чувствовался в каждой детали, на каждом углу. Его широкие проспекты и узкие улочки не могли не вдохновлять, его одетые в гранит набережные и мосты, влекли к себе, милые каналы, по которым плавали кораблики-изумляли до трепета в сердце.
И Лера, пользуясь случаем, пока была одна и не отягощена другими обязанностями, старалась просто гулять по этому новому для неё, атмосферному городу без всякой цели.
Периодически, её одолевал звонками будущий супруг, который пытался вовлечь девушку в предсвадебную суету, но она оставалась к этому безразличной. Ей было всё равно какая начинка будет в их свадебном торте, чем и как он будет украшен, какие цвета будут преобладать в декоре, какой формы и формата будет арка для росписи, и нужна ли специальная коробочка для колец, или можно обойтись подушечкой. Игорь раз за разом получал от ворот поворот и полное нежелание невесты, вникать в какие-либо мелочи организации.
Кроме того, Лаврова категорически отказалась мерить платье, сказав, что ей абсолютно всё равно, как она будет выглядеть и вообще не горит желанием участвовать в «этом маскараде».
По прошествии трёх дней, за день до события, которое считается главным в жизни каждой девушки, в Петербург прилетела Лиза, которую Калерия до слёз была счастлива видеть. Они вместе погуляли по городу, а начавшийся к вечеру дождь, заставил их вернуться в отель.
— Лер, красота то какая! Истомин молодец, такой отель…
— Да, так поступали русские цари со своими жёнами: запирали их в самых красивых теремах.
— Хватит преувеличивать! Ты сгущаешь краски! Вот если бы мой муж открыл такой отель… — мечтательно произнесла Толкачёва.
— Что открыл? — удивлённо переспросила Лера.
— Отель.
— Какой?
— Лер, не тормози! Этот! — Лаврова непонимающе смотрела на подругу. — Ты не знала что-ли? — догадалась та.
— Нет.
— Твой муж, тьфу ты, будущий! Ну, неважно! Владелец крупнейшей сети отелей в России. Бизнесмен. Как можно выходя за него замуж, даже такую элементарную информацию не узнать! — возмутилась Елизавета.
— Да мне какая разница, хоть Билл Гейтс. — отмахнулась Калерия.
— Лер, ты хоть понимаешь, как тебе повезло?
