— Я? Как всякая хорошая, приличная, верная жена, ревную мужа к похождениям на сторону. Главное, избежать клише и однообразия. Я могла бы побить посуду, но это так… Тривиально. — ответила она.
— С тобой жить, как на пороховой бочке! Не знаешь чего ожидать в следующий раз.
— А ты налево не гуляй и всё будет прекрасно. Ну или… Почти всё. Вообще, я жениться тебя…
— Знаю, не заставляла. Скорее наоборот. — оборвал её Игорь. — Слушай, а может ты в меня влюбилась? Ревнуешь?
— Ага, догнала и ещё три раза влюбилась! — развеяла его подозрения Калерия. — Я хоть тебе и ненастоящая жена, и понимаю, что ты как и все мужчины, не дополучая самого важного у супруги, ищешь компенсацию на стороне, — прошу делать это хотя бы не на людях. Чтобы потом не возникало вот таких неловких ситуаций. Зато, теперь твоя мама не думает, что это я наглая изменщица.
— Что?
— Екатерина Дмитриевна решила, что раз мы ссоримся и ты спишь в кабинете, то значит, должна быть какая-то весомая причина, — что вполне логично. Так вот, по её мнению, этой причиной могли бы стать мои измены. Я случайно слышала её разговор с Верой Харитоновной. Ну а теперь, спасибо Герману, мне представился случай доказать свою невиновность. Так что в следующий раз, пожалуйста, свой детский сад с обидами, устраивай не в кабинете. Мы тут все под прицелом. — высказалась Лаврова.
— Где ты так ножи метать научилась?
— Я подошла ко вступлению в брак со всей ответственностью. А ты думал всё просто? Банальные истерики, драмы, слёзы? Нет, я люблю удивлять.
— Это я уже понял. Ладно, пойдём вниз, объявим всем о примирении.
— Так что это была за барышня?
— Моя бывшая сокурсница. Случайно встретились. И всё вот это, было ненарочно.
— Это было порочно, Игорь Максимович. А я вот, своих сокурсников не целую при встрече. — с иронией в голосе заметила девушка.
— Это был поцелуй в щёку. Дружеский. Герман не уточнил. — развеял все сомнения Леры Истомин.
В эту минуту, дверь распахнулась и на пороге появился Герман.
— Ребят, ну вы как тут, не поубивали ещё друг друга?
— Не дождёшься. — усмехнулся Игорь и демонстративно обнял жену.
— Лер, вообще, ты не ревнуй так уж. Игорь верный супруг. Это я тебе как его брат говорю. — улыбнулся, посмотрев на них Истомин-младший. — Пойдёмте, родители ждут.
Остаток ужина прошёл в спокойной обстановке, Герман рассказывал о Лондоне и своей жизни там, расспрашивал о свадебном путешествии брата с женой.
Когда ужин был закончен, они с Игорем поднялись в кабинет, обсудить некоторые рабочие вопросы.
— Так что, как видишь, дела идут неплохо. — в заключении их диалога, сказал Истомин-старший.
— Да ладно, я и не сомневался. Давай обсудим тему поинтереснее. — и Герман загадочно улыбнулся.
— Какую?
— Зачем тебе понадобился фиктивный брак?
— Что?
— Ну, ты прости, я слышал ваш с Лерой разговор после этого… перфоманса с ножами. Ну, ты понимаешь…
— А тебя мама не научила, что подслушивать не хорошо, братец?
— А тебя папа не научил закрывать плотно двери, когда не хочешь лишних ушей?
— Ладно. С чего ты взял, что брак фиктивный? Он вполне себе настоящий. Штамп, свидетельство, свадьба… Всё как положено. — продолжал отпираться Игорь.
— Игорь, я же не первый день живу, хоть и помладше буду. — усмехнулся брат.
— Ну, хорошо… Раз уж ты услышал… — и мужчина вкратце рассказал о том, как решил жениться на Калерии, не вдаваясь в подробности.
— Ничего себе, насолил нашей матушке, так насолил… Лерка-девушка не промах.
— Да это не девушка, это петарда самая настоящая!
— Слушай, а почему ты не мог просто влюбить её в себя, да и всё? Зачем так усложнять себе жизнь с вот этими её всеми фокусами? Заполучил бы всё и сразу! — спросил Герман.
— Влюбил и всё! Как будто, это так просто! Как за хлебом сходить…
— От тебя ли я слышу такие слова? Забыл, как по тебе до сих пор все дамы сохнут?
— Все, да не все. Калерия Александровна у нас-крепкий орешек. Настолько крепкий, что голову разобьёшь, а человеческих чувств не дождёшься. Я вообще сомневаюсь, что она умеет любить. Мне кажется, её сердце такое же стальное, как скальпель, которым она режет сердца других.
— Да ну, загнул.
— Я серьёзно. Как говорил Рождественский, её холода хватит на несколько Антарктид. — махнул рукой Игорь.
— Есть идея, братец. — глаза его младшего брата заблестели. — Мне нравится твоя колючка. Я это скрывать не собираюсь. И уверен, что смогу развести её на человеческие чувства.
— И в чём идея? Хотя, знаешь, в чём бы она не состояла, она провальна заранее.
— Не спеши. Давай поспорим. Ты тоже попробуешь применить своё обаяние. Кто из нас быстрее добьётся её любви, тому достаётся весь бизнес целиком. Либо я отдаю тебе свои 20 %, либо ты мне свои 80 %. Как тебе, такой план?
— Никак. Во-первых, она не полюбит ни меня, ни тебя; во-вторых, бизнес-это святое. И вообще, тебе тридцать четыре. Не пора ли заниматься более взрослыми вещами? — воспротивился Истомин-старший.
