— Я не переживаю. Было бы из-за чего. Действительно, не обесчестил ведь. — сиронизировала она в ответ, показывая, что абсолютно спокойна и уверена в себе. — Я просто прошу прощения, это была минутная слабость и… Больше такого не повторится. — совершенно отчётливо произнесла следом Калерия.
— Хорошо, я всё понял. — Игорь тоже встал. — Пойду на свой диванчик. — и он направился было в другой конец комнаты, но когда проходил мимо жены, она его остановила, взяв за руку.
— Ты можешь спать на кровати. Это было глупо с моей стороны требовать, чтобы ты «отселился» на диван. Это твой дом, твоя спальня и ты можешь спать где хочешь.
— Я тебя услышал. — спокойно ответил Истомин. — Ты сегодня в сутки?
— Да. Надо собираться и уже уходить.
— Давай я тебя отвезу?
— Не надо. Я сама. — и Лера тут же ушла в ванную, как в последнее убежище.
Через несколько дней, вечером, Калерия, наконец, решилась на серьёзный разговор с мужем, который давно планировала.
Она появилась в его кабинете ближе к ночи. Игорь опять засиделся за работой.
Раздался стук в дверь и Истомин, стряхнув с себя усталость, встал и открыл. В последнее время, он стал запирать дверь, чтобы никто неожиданно не потревожил.
На пороге обнаружилась молодая жена в весьма пикантном наряде: коротком шёлковом халатике, обнажавшем её стройные и красивые ноги. Мужчина ощутил, что его обдало жаром с ног до головы, и он резко вспомнил про всё самое мужское. Про себя Игорь отметил, что это весьма странно, так как он видел её в подобном виде и раньше, пусть мельком, но ему было всё равно. А теперь что?
— Ты сильно занят? — спросила Калерия.
— Нет. Проходи. — бизнесмен отстранился и пропустил её в кабинет.
Девушка присела на диван, положив ногу на ногу, Истомин сел на своё место, за стол, стараясь не смотреть на оголённые коленки и точёные ножки прямо перед ним.
— Я пришла поговорить. — начала жена.
— Я понял, что не помолчать. О чём?
— Не знаю, как начать… Ладно. — она будто бы избавилась от неуверенности. — У меня есть племянник. Ему сейчас пять с половиной лет и он живёт в детском доме, в Москве. Когда ему было полтора года, он попал в аварию вместе с моими родителями и его матерью-моей сестрой Анжеликой и после этого он совсем не разговаривает. Я была его опекуном, но когда из-за долгов отца продала всё, что было можно, его забрала опека, потому что у меня не было надлежащих условий для воспитания Пети. Я хочу забрать его, потому как сейчас есть всё, что нужно: муж, жильё, работа.
— Подожди… — Игорь был слегка шокирован всем услышанным. — Почему ты мне раньше обо всём этом не сказала?
— Я не думала, что это всё надолго и уж тем более не хотела приводить сюда ребёнка, у которого и так психологическая травма. — призналась Лаврова.
— А теперь, стало быть, думаешь, что у нас всё надолго и всерьёз? — спросил мужчина, встал, обойдя стол и присев на его краешек.
— Я думаю, что хочу забрать Петю из детдома. И расчитываю на твою помощь.
— Я, конечно, не против. Хотя это всё очень неожиданно… А кто его отец?
— Какой-то ликин поклонник, она не рассказывала. Просто однажды пришла и сказала, что беременна. Собиралась делать аборт, но мама с папой ей не позволили даже думать об этом.
— А отец её ребёнка? Он знал о нём? Вообще как-то пытался… проявить себя?
— Нет, мы о нём и не слышали больше после того вечера. Лика записала в свидетельстве отчество отца, так что Петька у нас Александрович, как и мы с сестрой. Так ты согласен? — допытывалась девушка.
— Конечно согласен. Не должен мальчишка в детдоме расти при живых родственниках. Знаешь, напиши-ка мне все данные, завтра я поручу своему юристу заняться этим вопросом. Думаю, мы даже сможем ускорить процесс, если всё будет хорошо. — ответил Истомин.
— Спасибо тебе! — Лера вскочила с дивана и подбежала ближе к нему, но затормозила, оставив дистанцию в метр. — Ты представить себе не можешь, что для меня это значит. Я пойду, не буду тебя отвлекать больше. — она улыбнулась и направилась к выходу.
— Лер! — Калерия обернулась в дверях. — А мальчик совсем не разговаривает?
— Совсем. Психологи пока не делали никаких прогнозов. — ответила Лаврова.
Выйдя из кабинета, она столкнулась с Германом.
— Привет, шушукались? — спросил он, преградив ей дорогу.
— Нет, целовались. — сострила Калерия.
— Ладно, шутить потом будем. Пойдём ко мне, есть одно дело. — вполне серьёзно произнёс парень.
Когда они оказались в его комнате и девушка присела на стул, Истомин-младший вытащил из тумбочки какой-то конверт и положил перед собеседницей.
— Что это? — не протягивая руки к конверту, спросила Лера.
— Открой, узнаешь. — уверенно ответил он.
Лаврова распечатала белую бумагу и вынула содержимое: это были фотографии. На снимках запечатлён её муж с какой-то очаровательной блондинкой в постели.
— И? — даже не поведя бровью, снова задала вопрос она.
— Тебя ничего не удивляет? Вообще-то, на этих фото факт супружеской измены.
— И?
— Да что «и», Лер? Ты помнишь наш разговор на крыше? Ты тогда сказала, что тебе нужны факты. Вот тебе факты. Недостаточно?
