– Это он так говорит! – перебила Злата. – Как ты можешь знать наверняка, если он – твой единственный источник информации?
– Лоцман тоже пострадал, – напомнил Дед. – Вспомни, как отмывала кухню от его крови!
– И что? Он ошибся. Не в первый раз его лишают тела! А что, если Отвратни – его давние враги, и это очередной эпизод их… их отношений? А ты – очередная марионетка, которую он науськивает…
Договорить не получилось – Дед с силой прижал её лицо к своей груди и удерживал, невзирая на укусы.
– Я не марионетка, – терпеливо объяснил он, когда Злата успокоилась. – Чёрт, да ты и вправду готова убить меня!.. – он потёр кожу, на которой отпечатались следы зубов.
– Извини.
– Никогда, если ты не избавишься от своей паранойи! Мне хватает моей…
– Это не паранойя, – упрямо повторила она. – Ты не знаешь, чего они хотят!
– Знаю!
– И чего же? – печально усмехнулась она.
Спорить было бесполезно. Его самоуверенность, которая раздражала в начале знакомства, с годами не ослабела. Твёрже гранита, крепче рельс. Вероятно, последствия «чистки», когда он избавлялся от лишних эмоций. Или же профессиональная болезнь Обходчиков: всегда верить в себя.
– Они хотят того же, что и любые другие чужаки, – объяснил Дед, с лёгкостью читая её мысли.
Как и в начале знакомства, когда он был для неё только учителем и командиром, Злата не доверяла ему и сомневалась в каждом его решении. Что перевешивало все её недостатки, включая зависимость от Чтеца и зацикленность на теме семьи и детства. Ни любовь, ни перенесённые испытания не сгладили эту принципиальную подозрительность. К счастью.
– Я же не судья, – сказал Дед, ласково поглаживая её по плечу и шее. – Я не делаю выбор и не выношу приговор.
Нежные прикосновения отвлекли Злату, и Обходчик постарался незаметно усыпить её. Она мешала ему думать.
– Каждый нарушитель Границы должен быть изгнан или убит, – объяснил он, стараясь, чтобы голос звучал монотонно. – Потому что любое их действие вредит людям. Любое. Макмар пригласил Отвратней не просто так. Им нужны Держители.
– И ты, конечно же, знаешь, почему, – сонно пробормотала Злата.
– Догадываюсь. Естественное одушевление – не самый редкий феномен. Всё равно что естественное появление жизни… Или разума… Но я почти ничего не слышал о духах, которые зародились в транспортной системе… А, ты уже спишь?
Когда девушка наконец заснула, Ясинь вылез из наспех сооружённого шалаша и поднялся на вершину песчаной горки. Этот холм он заприметил ещё до того, как они устроились на ночлег.
Подходящее место для встречи.
Надо было разобраться. Распутаться. Раз и навсегда закончить изматывающий спор. Иначе голова лопнет…
Он давно потерял счёт дням. Казалось, охота длится вечность – и будет длиться столько же: пасть-пиявка гонится за девушкой, он, Ясинь, защищает. Быстротечные часы отдыха, разговоры ни о чём, робкие поцелуи, а потом очередной забег по грязи и лужам, в обход куч мусора и напрямик через гниль и плесень, переход, открытый в никуда, но всё в ту же Гьершазу.
Как будто они трое – чудовище, девушка и защитник – были героями легенды. Архетипы с заданным набором функций и свойств. Нападать, убегать, защищать. Чёрная тварь, худенькая жертва и её помощник, рослый детина с глуповатым лицом. Три актёра, обречённые исполнять незамысловатый танец с одинаковым финалом. Пасть-пиявка подбиралась совсем близко, но беглецы удирали от неё, прятались, а потом монстр делал следующий ход.
Из игры убрали самую важную фигурку – драконоборца, который мог закончить безумную карусель. И теперь невидимый кукловод обходится тем, что есть, раз за разом разыгрывая одну и ту же купированную пьесу.
Чудовище не может быть уничтожителем чудовищ, девушка – слишком слаба, а помощник – наивный дурак, способный лишь искать воду и еду.
Выход один: позволить чудовищу сожрать девушку. И тогда защитник обретёт вожделенную свободу.
– Нет! – прошептал Ясинь.
Он до хруста стиснул зубы, выпучил глаза и заставил себя загнать предательскую мысль поглубже.
А может быть, нужно было её выпустить и посмотреть, куда она разовьётся?
– Нет!!
Сжав кулаки, он стоял на вершине холма и смотрел на пятнистое тело Гьершазы. Где-то там притаилось чудовище – ждёт, когда защитник устанет защищать. Или когда добыче надоест убегать.
А может быть, чудовище гораздо ближе. Нашёптывает: «Ты же не собираешься до конца своих дней скакать по Гьрешазе в компании с безымянной девчонкой?»
Пора бы уже заканчивать. Кто-то должен победить!
«Пусть победит сильнейший», – предложил внутренний голос.
Ясинь устало вздохнул. Сто раз он обдумывал ситуацию. Сто раз признавал, что противник непобедим.
Голыми руками тварь не убить, а нормального оружия у Ясиня не было. Впрочем, даже тепловой пистолет бесполезен против непробиваемой шкуры. Пасть-пиявка готова бесконечно гоняться за добычей. Потому что это предусмотрено программой? Чудовище ни разу не попыталось напасть на Ясиня, как будто неведомый хозяин заложил в неё ограниченное число действий.
