Отвратень мало разбирался в земных обычаях. Не видел необходимости.
Нагруженный оладушками, кисельком, а заодно вафельками, шоколадными конфетами и невероятно полезной курагой, Отвратень вернулся в Кукунину комнату. Сгрузил еду на журнальный столик. После чего пинком разбудил неофита, который сидел на корточках у стены и дремал. Воин Света послушно открыл глаза и робко взглянул на Учителя Истины, ожидая приказов. Глаза его светились счастьем и осознанием собственного величия – для чего-то другого места не оставалось.
– Поешь. Тебе надо набраться сил.
– Да, Учитель! Спасибо! – неофит на коленях подполз к столику и принялся жадно поглощать угощение.
Это был Костя, впрочем, он уже сам не помнил, как его зовут.
Когда он осознал свою великую роль и отверг прошлое, когда он вознёсся над всей низостью обычной жизни обычных людей – это было самый сладкий миг для его души. Прекрасное мгновение, которое длилось и длилось, словно нескончаемый оргазм.
Отвратень постепенно вытравливал личности завербованных, вставляя взамен нужные навыки, рефлексы и эмоции. Но без кормёжки пока не обойтись. Хорошо, хоть мама выручала…
– Как у мамы, – вдруг промямлил Костя с набитым ртом.
– Что? – вздрогнул Норон.
– Мама так готовит, – объяснил Воин Света и снова уткнулся в тарелку с едой.
– Хорошо, что ты думаешь о ней, – похвалил его Учитель и погладил по голове. – Она бы гордилась тобой, если бы знала, кем ты стал!
Ожидая, пока неофит закончит свой обед, Норон подошёл к серванту, любовно провёл пальцем по стеклу, за которым стояли фигурки Обходчика, Златы, Вари… А ещё там были Наставники из Уишты-Йетлина, Охотники, Мастера – все, кого видел тихий белобрысый мальчишка с захудалой Земли.
Такой талант – и так бесцельно потрачен! Почти бесцельно… Отвратень усмехнулся и сунул руку в карман джинсов, чтобы проверить, на месте ли фигурка с Лоцманом. Достал, повертел в пальцах. Успокоенный, спрятал обратно.
План сработал. Обходчик купился на ложь – поверил, что Норон будет использовать остальные фигурки. И, похоже, испугался. Так испугался, что захотел их украсть – иначе зачем ему было крутиться у Кукуниного дома?
«Надо будет отдать их ему в награду за хорошее поведение, – подумал Норон. – Чтоб не рыпался!»
Глупый Обходчик и не ведал, что только лоцманский дух можно так упаковать. Остальных проще прикончить!
«Нет, отдавать так просто нельзя, – решил Отвратень, отодвигая стекло и доставая с полки фигурку Стража Границ. – Пусть послужит!..»
Тихонько пропел компьютер, сообщая о новом письме.
С торжествующей ухмылкой, Норон погрузился в чтение. Интернет нравился ему не меньше, чем мамина стряпня. Похожие «информационные сети» не были редкостью в обитаемых мирах, но не везде они были такими доступными, как на Земле. Доступные, открытые и удобные для вербовки. Столько вкусного – достаточно руку протянуть!
– Учитель, я закончил, – доложил Костя, вернулся на прежнее место и немедленно уснул.
– Умничка! – пробормотал Отвратень, неосознанно копируя Кукунину маму.
Отправив ответ, он разбудил второго неофита, отвёл его на кухню, посадил за стол.
Начался следующий цикл.
– Какой же ты худенький! – горестно воскликнула мама. – Совсем ничего не ешь! У меня сердце разрывается! – и она торопливо распахнула дверцу холодильника.
Норон стоял в сторонке, невидимый для её подкорректированного сознания. Она мало что видела, кроме холодильника и телевизора. Не замечала странных гостей, не удивлялась расходу продуктов. Мама была счастлива: сын образумился, и у него наконец-то появился аппетит!
Дурной пример заразителен. Насмотревшись на счастливого Беседника, который заполучил себе дополнительное тело, а вместе с ним – чувства и желания, Небесёныш с «зелёной» ветки тоже решил внести изменения в свою насыщенную, но несколько монотонную жизнь.
Пасся юркий дух на тех станциях, где нужно задирать голову, чтобы полюбоваться мозаиками, барельефами или причудливыми люстрами: «Маяковская», «Новокузнецкая», «Театральная» и другие обязательные пункты подземных туристических маршрутов. Разумеется, на Кольцевую линию Небесёныш тоже заглядывал, так что у него была возможность понаблюдать за чудесными превращениями Беседника.
Выглядело это завлекательно: воплотить чужую мечту и при этом соответствовать тайным желаниям других доноров. Для Беседника с его тактикой «Каким ты хочешь меня видеть?» такое видоизменение имело смысл. Раньше он раздавал счастье маленькими порциями, но хватало многим, а теперь посвятил себя одной… и всё равно продолжал охмурять остальных.
