Оказалось, что в библиотеке даже была карта с тоннелями под тем рудником. Правда, и с ней было не вполне очевидно, куда именно нужно было идти, чтобы найти дракона. Среди множества уровней и переходов выделялись четыре глубоченных вертикальных тоннеля, которые вели на самые нижние уровни. Вероятно, нужно было попасть куда-то туда.
Простояв над картой в задумчивости около получаса, Сидиан всё же принял решение:
- Из этого городка мы выжали столько информации, сколько смогли. Надо проверить эту проклятую шахту, и будь что будет.
***
Подготовка к походу была делом не очень трудозатратным. Были куплены верёвки и карабины, закрытый фонарь с запасом масла, а также сухие пайки на две недели. Сложнее всего было найти канарейку. Рабочих рудников тут не было, так что можно было рассчитывать только на гномов, которые по каким-либо причинам разыскивают забытые тоннели. Один такой в самом деле нашёлся. Канарейку он продал раз в десять дороже, чем её можно было бы купить в шахтёрском городке, но выбирать не приходилось.
Воспользовавшись подсказками жителей Беантака, Сидиан с Лаином успешно добрались до заброшенного рудника. Старые, наполовину сгнившие таблички у входа предупреждали путника об опасности и предостерегали от входа внутрь. Тем не менее, именно туда маги и направлялись.
Внутри было темно и сыро. Огромные клочья свалявшейся паутины свисали с потолка. Мокрицы, сколопендры и чешуйницы разбегались из-под ног путников. Довольно быстро Сидиану пришлось зажечь в руке небольшой огонёк, чтобы освещать себе путь. Канарейка обрадованно чирикнула, но снова замолкла, увидев окружающую разруху. Неровное пламя высветило рисунки углём на стенах. Здесь были имена, стрелки и неприличные выражения. Вероятно, сюда в тайне от родителей любили заглянуть молодые гномы, привлечённые ощущением опасности и таинственности. Об этом также свидетельствовали осколки стекла на полу.
Периодически сверяясь с картой, Сидиан поочерёдно нашёл все четыре шахты, уходившие глубоко вниз. Три выглядели одинаково, но четвёртая поросла красноватым лишаем, который слабо люминесцировал во тьме. Этот лишай в народе назывался драконьим мхом из-за сходства с языками пламени. Имеет ли драконий мох на самом деле какое-то отношение к драконам? Скорее всего, нет, ведь растёт он во множестве пещер в Сквилларских горах, а дракон живёт только в одной.
Сев на перевёрнутую вагонетку, Сидиан долго разглядывал перерисованную им карту и пытался найти на ней какую-нибудь подсказку.
- Погодите, мастер! – Чуть не вскрикнул Лаин, осенённый догадкой. – Вспомните, что говорил Анвир.
- Этот пьяница? Он говорил, что духи отвергли его. К чему это?
- Нет, до этого. Он падал в шахту, объятую пламенем. Что, если он всё же неправильно истолковал видение? Быть может, это на самом деле была подсказка от духов, указывавшая на пещеру с драконьим мхом.
- Даже не знаю. Хоть его и отвергли, но всё же обычно жрецы лучше понимают свои видения, чем обычный маг, которому видение перескажут.
- Но Вы сами сказали, что он пьяница. Кто знает, сколько он уже пьёт. Уверен, что он мог много чего напутать. Наверняка мы знаем только о том, что он видел.
Сидиан усиленно всматривался в покрытую ярко-красным лишаем шахту. Когда-то сюда спускали специальную кабинку при помощи механизма из нескольких блоков. Теперь же лишь несколько железяк торчало из потолка. За неимением лучших идей Сидиан согласился:
- Хорошо. Сперва исследуем этот спуск. Если ничего не выйдет, вернёмся. Не хотелось бы, правда, зазря погубить канарейку. Она у нас одна.
Спускаться приходилось медленно. За неимением лучшей альтернативы Сидиан выдвигал из каменных стен шахты небольшие ступеньки и постепенно закручивал их в винтовую лестницу. Лаин тоже помогал по мере возможностей, но трансформирование камня занимало много времени и сил, так что периодически приходилось прерываться и отдыхать. Суммарно весь спуск занял пять часов. Сидиан мог бы работать быстрее, но не хотел лишать ученика возможности потренироваться. Кроме того, ему ещё предстояло решать проблему ядовитых газов.
Внизу оказалась небольшая площадка. На ней лежал скелет с ошмётками почерневшей кожи. Должно быть, незадачливый исследователь когда-то свалился в эту дыру. Череп был расколот, совершенно раскрошившись в области затылка. Кости переломаны. Нижняя челюсть отвалилась и повисла на рёбрах, создавая впечатление, что её обладатель необычайно широко раскрыл рот и всё ещё заходится в пронзительном крике.
К площадке со скелетом, по всей видимости, раньше свозили руду из множества прилегавших к площадке небольших проходов с рельсами для вагонеток. Среди всех прочих выделялся один тоннель огромных размеров, уходивший куда-то вдаль. От него тоже отходили проходы поменьше, но похожий тоннель упоминался в книге Фьётса. Всё выглядело так, будто герои внезапно оказались на верном пути.
