– Твое, – и не пытаюсь спорить. – Будет твоим, обещаю, если расскажешь, где найти Майку. Девчонку с лиловыми волосами, по кличке Пчела. Ну, напрягись, парень. Ты наверняка ее видел.
Пацан заминается и молчит. Приходится хладнокровно достать бумажник, раскрыть его перед грязным носом и показать содержимое. В бумажнике крупные купюры, и у мальчишки загораются глаза. Я медленно вытаскиваю одну и кладу в карман.
– Сука! Отдай!
Он метит кулаком в лицо, замахивается сильно, но сам оказывается с разбитой губой и падает на задницу. Встает, начиная реветь.
– Падла…
Обидно упустить такой куш, я понимаю это по злым глазам, особенно, когда рискуешь, но сочувствие не откликается в душе. Этот мир колючий и безжалостный, здесь никто не питает надежд. Даже в двенадцать лет.
– Я не знаю ее, – всхлипывает он. – Первый раз слышу.
– Где твоя Евка? Может, она знает? Наверняка ведь где-то рядом, чтобы забрать краденое. Ну?
– Пошла ты…
Телефон и правда отличный. Как неосторожно было на месте хозяйки не поставить на него блок. Я включаю камеру и навожу на пацана. Удерживая худое лицо рукой, говорю четко, чтобы был различим звук.
– Вот этот гаденыш пять минут назад в подземке украл этот смартфон и деньги у милой женщины. Если пошевелитесь, вы еще успеете сообщить охране и заблокировать выход со станций. Запомните хорошенько эту мордаху. Не правда ли, он херувимчик?
Выключив камеру, спрашиваю у мальчишки:
– Ну что, отсылаем видео? Я постараюсь не ошибиться с адресатом. Не переживай, сопля, смартфон тебе отдам. Получишь полный пакет вместе с наводкой. А вот насчет бумажника не уверена.
– Удали, дура, – рычит пацан, утирая нос, – отведу к Евке! Только деньги вернешь! Они мои, поняла!
Евке оказывается четырнадцать, и Майку она знает. Вместе крутились в подземке много лет, но Пчела всегда держалась особняком. Иногда Евка с друзьями покупает у Майки травку и таблетки, когда получается раздобыть деньги. Девчонка слышала, что зимой Пчела работала проституткой у Серого.
– Там хата теплая, и жратва всегда. Я пару раз просилась к ним. Помыться можно было нормально, не то что в ночлежке. И даже охранник сидел. Только Серого весной в реке утопили, а притон прикрыли, вот все и разбежались.
Купюра из бумажника, вытянутая из кармана, развязывает девчонке язык лучше всяких угроз.
– Где найти? На Фасадной, возле бара «Safari» есть одна квартира. Там человек шесть работают, и даже парень есть. Да не, он не педик, нормальный. Просто извращенцы есть разные, понимаешь? Может, там твоя Пчела.
– А тебе не рано понимать?
– Тоже мне, – хмыкает девчонка и косится взрослым взглядом, – нашла целку.
В публичном притоне, что на улице Фасадной, Майки нет. Попасть внутрь получается не сразу. Уже рабочее время и в квартире есть клиенты. Я говорю, что ищу работу, пришла от их человека, и меня впускают.
– От Жанки? Она говорила, что есть у нее девочка, и что мне понравится.
– Точно, – вру. – От нее.
Передо мной хозяйка – немолодая женщина лет пятидесяти. У администратора выходной, и мне, оказывается, очень повезло, что я пришла в удачный момент.
Женщина приглашает на кухню и проводит мимо центральной комнаты, где на удобном диванчике сидят парень и девушка, и закрывает за нами дверь.
– Совершеннолетняя? – спрашивает, окидывая меня профессиональным взглядом ростовщицы, рассчитывающей на хороший барыш.
Я выгляжу неопределенно. Тем более без макияжа.
– Вполне.
– Дети, муж есть?
– Нет.
– Родители? Только честно.
– Отец. Хочется верить, что жив.
– Отлично. Потому что жить тебе придется здесь. Шесть дней работаешь, один отдыхаешь, – решает поставить в известность. – Проблемы с залетом – твои проблемы. Презервативами нас снабжает Красный крест, так что их хоть задницей жуй. С клиентами в этом отношении не церемонься, мне проблемы не нужны, лучше в деньгах потерять. Если что, у нас своя охрана, любой вопрос решаем на месте. В остальном же клиент – бог. За минет и анал – такса выше. За любой нестандарт – тоже. Оплата почасовая. Пятьдесят процентов мне, пятьдесят вам. Чаевые тоже честно делим – в комнатах камеры. А как ты хотела, милочка? – расценивает по-своему мой взгляд. – Хочешь вкусно жрать – делись. И засранок я у себя не терплю. Белье стираешь и в комнате убираешь сама. А ну-ка встань… – поднимает меня за плечи. – Что ж, ты мне нравишься, но нужна справка от гинеколога завтрашним числом. Сама понимаешь, меры предосторожности.
– Где Мая Зудина? Я думала, она у вас.
– Майка? – женщина удивляется и тут же хмурится. – Выгнала сучку за воровство. Слышать ничего о ней не хочу! Хотя клиенты ее любили. Но эта мразь на меня с кулаками бросилась, представляешь? Я у нее краски масляные отобрала, дорогие. Она от меня чаевые вздумала прятать. Вот на кой хрен ей эти краски были нужны, скажи? Руки же из задницы растут, дырку на носке зашить не может. А она в драку…
– Я хочу ее найти. Она мне кое-что должна.
– Можешь сразу на долг забить. Не вернешь ничего.
– И все-таки?
Узнать получается у паренька. Он курит на лестничной площадке, поджидая меня, когда я выхожу.
