— Спасибо… — она улыбнулась, подозревая, что и он это движение ощутит. — Как ты, вообще, умудрился его разговорить? — поинтересовалась, пока поддерживая этот легкий настрой.
— У меня свои секреты, Аля, — усмехнулся и он в ответ, она тоже движение его губ своей скулой почувствовала. — Умею находить точки соприкосновения с разными людьми.
— Это я заметила, — согласилась, не настаивая и не развивая. Сама не так же думала разве? — Но что день так испоганило?
— А что, у нас поводов мало разве? — хмыкнул немного резко и даже с сарказмом Дред.
— И поводов полно, — опять не стала Алина спорить. И не отодвинулась ни на шаг, еще сильнее щекой к его шее прижалась. — Но вчера ты костер не раскладывал. Да и позавчера тоже. Так что же сегодня стало таким критичным? — не выглядывая из своего укрытия, его тепла и уже в чем-то притягательного смешанного аромата сигаретного дыма и костра, не отступила.
Не хотелось, но оба взрослые и понимают, что реальность не исчезнет только потому, что им желалось бы ту отторгнуть.
Дред глубоко вздохнул и, подняв руку, достал новую сигарету из пачки губами, прикурил. Выдохнул, отставив пальцы с сигаретой и отвернув лицо чуть в сторону, наверное, чтоб ей на волосы не попасть пеплом.
— Походу, в деле замешаны оба н… ваши управления, — перемежая слова клубами дыма, выпускаемого изо рта, тихо и тяжело, давяще, отозвался все же мужчина с паузами. — Исходя из того, что твой подполковник рассказал, там и СБУ прилично влезла. Впрочем, мы с тобой и так это подозревали, да, Аля? Не ошиблись, можем гордиться. И нападение на отделение было, чтоб убрать свидетелей, которые как раз на тот вызов выезжали, и подполковника еще, да. Тут мы тоже верно направление определили, — еще одна затяжка, глубокая…
Такая, что она сама горечь этих сигарет на вкус ощутила. И еще чего-то, что его изнутри будто захлестывало.
У Алины запершило, как комом встав в горле. И не было ни желания, ни времени гадать, что за эмпатия такая нахлынула ни с того, ни с сего?! Он стал для нее близким и важным, она оказалась настроена на него так, что улавливала точно нечто более глубокое, чем Дред хотел бы показывать.
В горе и радости… Смешно… И страшно.
Слишком неоднозначная у них ситуация. И то, что он сказал… Вроде и знала уже, вдвоем же дошли до таких выводов, а все равно накрыло опустошением. Поняла его состояние, наверное.
— И что мы будем делать? — все же запрокинула лицо, заглянув в его глаза, которые сейчас впервые ей темными показались, и такими же глубокими, как несколько дней назад, утром.
Поглощающими ее разум и душу, вот правда!
— Мы… — повторил Дред так, будто смаковал это слово, на языке перекатывая, изучая оттенки и послевкусие. Вновь задумчиво на костер посмотрел, как в транс погрузившись.
У нее томительная дрожь по позвоночнику прокатилась от тембра его голоса, несмотря на такую сложную ситуацию. Но Аля промолчала, ожидая.
— Мне подполковник дал один контакт. Тот, кто точно с этим не связан и поможет накрыть всех махом. Только… Неясно еще, чего такая помощь будет стоить. Думаю, пора выходить на связь с Женькой. Официальное прикрытие не помешает. А он вроде не втянут в это, насколько смог проверить, — крепче сжав ее плечи, Дред надавил на затылок Али, вернув ее голову на прежнее место.
И, сделав последнюю затяжку, бросил окурок на землю, затоптав.
План был неплох. Собственно, само наличие хоть каких-то пунктов по действиям, учитывая все, казалось огромным прогрессом. И то, что им было, к кому обратиться, — позитивный момент…
Но вот как раз про «мы» Алина ничего тут и не услышала. И у нее к этому нюансу имелись вопросы…
— Кто-то тут про доверие торочит непрестанно, а сам, кажется, вообще не готов доверить мне участие в ситуации, которая обоих касается, а? — улыбнувшись чуть криво, пошла ва-банк, спросив это у него прямо в лицо. — Пока я услышала ответ только на то, что
Изогнула бровь, как бы явно дав понять, что абсолютно не согласна на подобный расклад сил.
— Считаешь, я недостаточно хорошо подготовлена, чтобы к действиям меня допустить? — вроде и поддевала, но как-то даже обидно внутри. — Или что я тебе спину прикрыть не смогу? Не доверяешь? — самый сильный козырь, наверное, против него бросила.
А как хотелось признаться! Так и подмывало что-то изнутри, дергало, подталкивало, тянуло открыться. Особенно сегодня. После этого тяжелого и слишком категоричного дня, полного откровений о тех, кого считал соратником, с по большей части похожим виденьем мира и целей…
Но по этой же самой причине еще меньше желания Алей рисковать или под удар подставлять. На вес золота ее искреннее понимание и молчаливая поддержка, когда просто обнимала, разделяя хоть и созерцание костра на двоих. И уловила же, насколько ему х*рово внутри, спорить готов был, а не ворошила, просто обняла…
А Аля обижается, что он в самый замес ее не хочет тянуть! Еще и апеллирует его же аргументами, елки-палки!
