– Двести семьдесят шесть вампиров. Двести пятьдесят – низшего ранга, пятнадцать – второго ранга и одиннадцать – первого ранга, – ответила девушка.
– Ого, так вы настоящий воин! А по виду и не скажешь! – заинтересованно отозвался Луц. – Я видел некоторых убийц вампиров, но у них было великое количество шрамов.
– У меня двадцать один шрам, оставленный вампирами. Вы их не видите, потому что они под одеждой, – спокойно сказала Рин, словно это было каким-то пустяком.
– Ты их считаешь, что ли? – спросил Джек, нахмурившись.
– Лучше считать шрамы, чем отрубленные конечности, – ответила она, не поднимая на него головы. – Это все ерунда по сравнению с тем, что со мной случилось во время геноцида. Тогда моя рука…
Она осеклась, поняв, что сболтнула лишнего. Ее собеседники нахмурились.
– Что с твоей рукой? Ты про правую, на которой были переломы в пяти местах? – спросил Джек, почувствовав странное напряжение. Словно информация, которую он уже знал, была недостоверной.
Девушка нахмурилась, явно коря себя за то, что сказала.
– Лучше вам этого не слышать. Зная вас, могу предположить, что вы снова будете смотреть на меня глазами, полными жалости.
Все замолчали, не зная, что ей ответить. Видимо, Рин скрывала от них достаточно много информации из прошлого, запомнив их реакцию на ее руки, покрытые шрамами.
Первым заговорил Луц, улыбнувшись:
– Впервые встречаю такого молодого воина, чей боевой опыт превосходит даже мой. Не думаю, что вам стоит стесняться своих шрамов, хоть вы и девушка.
– Я не стесняюсь их, – ответила она, подняв на него взгляд. Кажется, ее разозлило, что ее неправильно поняли, – жрица сразу же ослабила пояс, стягивая верхнее одеяние.
– Э?! Рин, ты чего?! – ошарашенно выпалил Хиро, не ожидав, что она начнет раздеваться.
Она сняла верхнее одеяние, обнажив покрытые шрамами руки, и он замер, ведь видел их в первый раз.
Шрамов было много, разной длины и глубины, их количество поражало.
Луц изумленно уставился на нее.
– Так… вы не соврали о таком количестве…
– Только двадцать один из этих шрамов оставлен вампирами, остальные – заслуга монстров или получены в других ситуациях, – ответила она, а затем подняла правую руку. – А эти шрамы… самое главное доказательство моей слабости.
Естественно, на правой руке отметины были наиболее страшные. Чего стоил только огромный шрам на предплечье, настолько темный и большой, прошитый большим количеством нитей, что казалось, здесь был разрыв.
Стоп, разрыв?
– Этот шрам… тебе отрывали правую руку? – неожиданно понял эльф, сложив все факты воедино.
Девушка молча кивнула.
– Мне оторвал ее вампир, который убил Амиру. Чудо, что руку смогли восстановить.
Ее собеседники выглядели так, словно погрузились в глубину неверия, не предполагая, что такое возможно.
Теперь было понятно, по какой причине она стала амбидекстром и фехтовала левой рукой. Кроме того, что правая была сломана в пяти местах, ее когда-то отделили от тела самым жестоким способом.
Джек нахмурился, не в силах больше смотреть на это, и сжал кулаки.
Заметив всеобщее поникшее состояние, Рин не могла не вздохнуть с раздражением.
– Вот поэтому я и не говорила. Посмотрите на свои лица.
– Но… почему ты… так спокойна? – с тяжестью спросил Хиро, не понимая, как она может настолько легко говорить об ужасе, который пережила.
– Я уже упоминала. Есть раны намного больнее, которые называются душевными. Мне было плевать на руку, которая тогда лежала на полу храма в луже крови. Но когда… Амиру разорвали на части… только тогда я действительно почувствовала боль.
Рин с отчаянием в глазах сжала кулаки, вспомнив тот день. Взяв себя в руки, она снова вернула на лицо спокойное выражение.
– Однако это все уже в прошлом. Стараниями целителей я не осталась калекой и могу фехтовать обеими руками. Так с чего мне переживать?
Луц встал, поднимая кружку пива.
– Молодая фрау, мы с вами незнакомы, но позвольте поднять тост за вас. Ваша твердость поразила меня, старого воина, а огонь в глазах заставил забыть о моем возрасте. Я желаю быть таким же сильным, как вы.
– Он прав. – Вольфганг быстро собрался с мыслями и тоже встал. – Милая фрау, я думал, что та ваша угроза перерезать мне горло была лишь словами, а оказалось, это вполне реальное предупреждение, ха-ха!
Вулстраты явно хотели вновь сделать атмосферу за столом более веселой, чтобы воспринимать опыт Рин не как горький, а как ценный, но оставшийся позади.
Девушка кивнула.
– Благодарю вас.
Однако стоило ей поднести кружку к губам, бледная рука не позволила наклонить ее, чтобы выпить.
– Хватит. Тебе уже точно хватит.
Она остановилась и хмуро посмотрела на Джека, который крепко сжал ее руку.
– С чего бы?
– Ты пьяна.
– С чего ты это взял? – начала сердиться она, услышав его ответ. Вампир же только вздохнул, насильно вырывая у нее кружку.
– Ты рассказала то, чего не хотела. Это не в твоем стиле.
– Стала бы я говорить то, чего не хотела, в таком случае? – раздраженно ответила она, резко поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза, но яркий свет ослепил ее, и голова резко закружилась.
Возможно, она бы упала, если бы не его быстрая реакция.
