Да что же такое там случилось?!
С позволения хозяина Джек забронировал две комнаты на втором этаже.
Вообще, в пабах Вульфендорфа не сдавали комнаты – они служили гостевыми для особых посетителей, которые по каким-то причинам не могли вернуться туда, откуда пришли. Например, для путешественников, кому не нашлось мест в гостиницах, и так далее.
Сейчас же хозяин вошел в положение и позволил гостям разместиться здесь, ведь этот вампир стал ему почти что сыном.
И все же поднять девушку на второй этаж оказалось проблематичной миссией. Хоть Рин и была довольно легкой, ей ужасно не нравилось, что ее взяли на руки, поэтому она пыталась отбиться от вампира. Так что перед Джеком стояло несколько важных задач: отнести пьяную жрицу в комнату, попутно избегая ударов и стараясь ее не уронить.
Но вампир не был бы собой, если бы провалил это задание. Добравшись, он ногой распахнул дверь и втащил девушку внутрь.
– Госпожа Амира, прекратите меня бить, я сейчас вас отпущу, – раздраженно цыкнул он, пытаясь усадить ее на кровать.
– Прекрати меня трогать!
– Я бы не трогал вас, если бы вы держали себя в руках и не напивались до такого состояния! – закатил он глаза, поднимая корпус и пытаясь отдышаться.
Как же тяжело с этим опасным бедствием, что скрывалось за миловидным лицом! Чуть что – сразу грозится или отрезать голову, или пронзить сердце!
Девушка продолжала молча пилить его взглядом, глядя снизу вверх, и он, найдя это выражение лица милым, не мог не посмеяться.
– Госпожа Амира, вы так жестоки. Я вам и комнату забронировал, и донес, чтобы вы могли отдохнуть, а вы продолжаете меня отталкивать!
– Я не просила тебя ни о чем из этого.
– Это называется «забота», госпожа Амира. Я забочусь о вашем здоровье! Пить так много – вредно! Давайте, говорите честно, сколько кружек вы прикончили за сегодня?
Ее брови дернулись, и она отвела взгляд вбок.
– Я… не так уж и много выпила. И вообще, я не пьяна.
– Хм? Вы уверены в этом? У вас ведь хороший слух, так почему вы не услышали, что я уже успел спросить у хозяина, сколько вы выпили? Для одной девушки восемь кружек – это слишком, вы так не думаете?
Ее ложь в очередной раз была быстро раскрыта, потому Рин неловко опустила голову.
Вообще, он был удивлен, что она смогла выдержать такое количество алкоголя. Нормальный человек валился уже после пятой или шестой кружки пива, если вспомнить его опыт, а тут восьми оказалось мало для такой хрупкой на вид девушки. У нее действительно был твердый стержень и несгибаемая воля, раз ее сознание не помутилось.
Джек с грустью посмотрел на ее затылок, а затем с тяжелым вздохом опустился на корточки, хватая ее за левую ногу.
– Т-ты! Что ты творишь?! – моментально отреагировала девушка, пытаясь вырваться.
– Снимаю с тебя сапоги, что же еще? Или ты будешь спать в обуви? – устало ответил он. – В таком состоянии ты вряд ли сделаешь что-то сама.
– Мне не нужна помощь. И вообще, ты хоть знаешь, что твои действия значат в моей стране? – угрожающе сказала она.
– И что же? – ответил он, поднимая на нее взгляд. Стоило ему это спросить, как его осенило.
В Кассандрике никто не может касаться ног девушки, кроме матери и мужа. Это была старая традиция, которая претерпела много изменений. Теперь же не только касаться – вообще нельзя было даже видеть голых ног девушки.
Он смутился, но все равно продолжил снимать с нее сапоги, только теперь с ухмылкой.
– Ну, у меня и в мыслях не было ничего подобного. А вы, кажется, госпожа Амира, думаете об этом, раз заговорили?
– Бесстыдник, – было ее единственным ответом.
– Как скажете.
Вампир молча продолжил свое дело, оголяя ее ноги. Ранее он не видел их, но теперь смог внимательно рассмотреть ступни.
Красивые, в его понимании. Размер стоп был не слишком большим – скорее, средним для девушек Кассандрики, – но форма их была аккуратной и округлой, кости не выпирали. Единственное, он увидел довольно глубокий шрам на правой ноге – видимо, тот самый, который у нее остался после инцидента на фуникулере год назад.
Разув Рин, он аккуратно поставил ее сапоги рядом с кроватью и поднял глаза.
Все это время девушка молчала, что было непривычно, если вспомнить, какова была ее реакция каждый раз, когда он касался ее. Но Джек быстро понял, что Рин просто начала засыпать. Он не зажигал света в комнате, и темнота в совокупности с относительной тишиной начала убаюкивать пьяную девушку.
– Госпожа Амира, вам пора спать, – сказал он. Та нахмурилась. – Разве не вы говорили, что вам нужно много отдыхать ночью, чтобы наутро быть бодрой?
Она не отвечала. Тогда он нахмурился в ответ и аккуратно положил ладони ей на плечи. Его взгляд рефлекторно опустился на правую руку, на место разрыва, и Джек задал вопрос, который уже некоторое время мучил его:
– Госпожа Амира. Кто… оторвал вам руку?
Она подняла бровь, выражая молчаливое удивление.
– Не подумайте ничего лишнего, я просто хотел узнать. Тот вампир, что сделал это… Он… У него была серьга с лиловым камнем и родинка в уголке левого глаза, как у меня?
Услышав вопрос, девушка распахнула глаза, уставившись на его лицо.
– Ты… ты…
