Соколовский не разочаровал. Не зря он был единственным из немногих пытающихся меня запугать, кто заставлял смотреть на себя не как на пустое место. Акула в большом океане. Он подобрался очень близко, и мне требовалось время, чтобы разрешить возникшую ситуацию. И оставалось лишь надеяться на то, что Татарский просто пытался вывести меня из себя, бросаясь громкими словами.
Когда я, погруженный в свои мысли, сел в машину, раздался телефонный звонок. Голос абонента вызвал во мне удивление.
– Марат? Северский, это ты? – немного нервно спросила подруга Зины, явно торопясь что-то выяснить.
– Я, – отозвался, беспокоясь о том, что девушка звонит мне из-за того, что что-то могло случиться с Шелест. На фоне сложившейся ситуации тревога возникла сама собой. Хотя я мог с уверенностью сказать, что забеспокоился бы в любом случае. Теперь мне всегда было не все равно о том, что твориться в жизни у Зины Шелест, – Что случилось?
– А Зина, случайно, не с тобой?
– Нет.
– Странно… Я до нее не могу дозвониться. Вообще-то у меня день рождения, а она даже не позвонила, а это так на нее не похоже. Я не вытерпела и сама ее набрала, только вот она недоступна. Вот и подумала, вдруг она с тобой, ну вы же теперь.. эээ… близко общаетесь, – немного стушевалась напористая подруга Шелест, видимо, позабывшая о смущении на время беспокойства за Зину.
– Думаю стоит набрать ее брата.
– Он тоже не абонент. Странно все. Я, конечно, понимаю, что у нее там важный прием у Демидова, но чтобы она меня взяла и не позд…
– Что ты сказал? – занервничал я, молясь, чтобы услышанное было галлюцинацией.
– Странно, говорю… А, ты про Демидова. Говорила я Зинке, что ей нужно было тебе сказать, – цокнула Ульяна на том конце.
– С чего Шелест собралась на этот прием? –в гневе спросил я, надеясь, что это не значит, что она решила воссоединиться со своим бывшим парнем.
– Так это, – поникла от холода в моем голосе девушка, – Сам отец Васи ее нашел и, ну, я бы сказала, принудил пойти.
– Твою мать, – выругался я, не заботясь о том, что Ульяна могла неправильно меня понять.
– Блин, Северский, я переживаю…
Я уже отключился и на миг почти выкинул телефон в окно, желая разбить его об асфальт. Вот, значит, как старый хрыч решил действовать. Его шестерка, этот Петрушевский, до которого я еще не успел добраться, смог пронюхать про наши с Зиной отношения, точнее, про мое настойчивое внимание к ней, а догадливый отец все додумал и перешел к действию. Он правильно рассчитал, что я не брошу ее там, если она мне дорога. Что не смогу проигнорировать ее присутствие на этом вечере. Не смогу спокойно терпеть, зная, как она все это не любит, зная, что там будет ее бывший парень.
Но какого черта Шелест согласилась? Что он ей наплел, что заставило ее согласиться пойти туда? Неужели играл ее чувствами к Курову? Или настоял на помощи в завлечении меня к семейному очагу? Но это значило, что она теперь была в курсе того, кто я на самом деле. С чего бы ей было помогать мне?
Все вопросы спотыкались о знакомый перелив, оповещающий о том, что абонент недоступен. Ее брат также не отвечал. Оставался один номер, запылившийся в телефонной книге, номер, который я вообще хотел забыть навсегда, чтобы не слышать голос абонента, неизменно ровный, но вызывающий лишь волну гнева и желания расквитаться за всю причиненную мне и моим близким боль.
– Сын, какая радость, – без задержек ответили на том конце.
– Давай без преамбул. Какого черта?
– О чем ты? – отец сделал вид, что не понимает меня, заставляя произносить все вслух, подписываясь под каждой его догадкой.
– Зачем ты заставил Зину прийти к тебе сегодня? Что тебе от нее нужно?
– Заставил? Ну, что же ты обо мне так? Просто пригласил, мы мило побеседовали, мне даже ее убеждать не пришлось.
– На жалость надавил? Я ее знаю, она бы просто так не пошла на такой вечер! Только попробуй ее тронуть!
– Ты же знаешь цену. Приходи и убедись, что с твоей Зиной все в порядке. И никто ее не трогает.
– Проклятье. У тебя ничего не получиться, слышишь? Она все равно ко мне равнодушна.
– Важно ведь не ее равнодушие, а твое, не так ли, Марат? – имя, прозвучавшее из уст отца, заставило меня нервно вздрогнуть
– Даже не думай, что у тебя получится на этом сыграть, – зло проговорил я, заводя машину. Кажется, мы оба знали, где я буду сегодня вечером.
– Как знать, как знать, – рассмеялся отец, – В таком случае, я сам позабочусь о Зине. С Васей ее познакомлю, не возражаешь? Раз тебе все равно.., – он снова рассмеялся, как будто чувствуя, что я испытываю.
