Он срезал кошельки у богатых толстых господ на рынках, забирался в дома, грабил припозднившихся прохожих… словом, продолжал заниматься любимым делом. И Пирсу было совершенно наплевать, что гильдия обирает юркого сосунка, оставляя ему едва ли треть от общей суммы награбленного.
Он был фанатиком своего дела.
Но однажды, зазнавшись, решил прыгнуть выше головы. Он задумал ограбить самого короля.
Глупец.
Конечно же, его схватили. Замок правителя Зей-да оказался настолько огромным, что несмышленый пацан в нем попросту заблудился и, сворачивая за очередной угол, нос к носу столкнулся со стражниками, совершающими ночной обход.
Сначала его хорошенько побили. Потом, уже бесчувственного, отнесли в камеру. Наутро состоялся суд, где король, недолго думая, приговорил Пирса к ссылке в Фагос.
Эх, каким же глупым он был тогда!..
Хотя судьба — старуха непредсказуемая. И теперь вчерашний заключенный легко и быстро движется к королевскому престолу.
Джуан Первый кровью расплатится за тот свой приговор!..
— Господин.
Пирс невольно вздрогнул и повернулся на голос.
— Чего еще? — холодно поинтересовался он.
— Господин. — Ящер склонил голову перед главарем. — Мы закончили. Двигаемся дальше?
— Да, да, разумеется. Двигаемся…
Двигаемся, Джуан, двигаемся. И скоро доберемся и до тебя, просиживающего зад в Роузене.
И тогда ты пожалеешь о нашей давней встрече.
Жнец покидал замок лорда Лейзона в самом мрачном расположении духа.
Способ избавления от страшной мании, предложенный рыцарем, не прельщал Джефри. Он и сам еще до приезда в замок видел спасение только в собственной гибели. Но думать о смерти и действительно умирать — это две разные вещи.
Они еще долго говорили с рыцарем, и тот рассказал ему о странной армии, движущейся с севера. Она уже дотла сожгла две небольшие деревеньки, которые располагались в двух-трех днях пути от побережья.
Теперь любому ясно, что их главная цель — столица. Они шли напрямик и спокойно убивали «попавших под руку» крестьян.
Их ничто не могло остановить.
В конюшне Черныша вымыли, накормили, подковали заново, так что мерин отлично отдохнул. Теперь Джефри собирался отправиться в горы.
По словам рыцаря, в горах обитали остатки некогда могучего народа — угов. Уги не зарились на мировое господство, но владели секретами древних. Именно от них рыцарь узнал, что мир Ночи погиб. Лорд Лейзон предполагал, что они могут помочь и Джефри.
Помочь вспомнить все его прошлое и даже, возможно, справиться с проклятой манией.
Если честно, второго жнец хотел гораздо больше, чем первого. Его абсолютно не интересовало собственное прошлое — более того, он попросту боялся вспомнить все подробно. Ему вполне хватило обрывочных воспоминаний, тех минутных отрывков его прежней жизни.
Джефри хотел порвать со всем, что было раньше. Он хотел навсегда забыть о Фагосе, о короле Генри II, о мире Ночи и его таинственных хозяевах.
Он хотел просто жить.
Для жнеца ведь каждая минута в живом мире — подарок судьбы. А уж целая жизнь…
Раньше о таком Джефри даже не мечтал.
Но теперь — почему нет? Он свободен от всех этих смертоносных заказов и заказчиков.
Увы, даже теперь Кварус не хочет подарить ему спокойствие.
Джефри с грустной улыбкой думал о том, скольких несчастных он убьет по дороге в горы. Интересно, а что будет, если ему никто не встретится? Нет, такого просто не может быть. В любом случае тело вновь начнет своевольничать и, если сразу не отыщется подходящая жертва, заставит броситься на поиски.
Жнец не испытывал жалости к людям. Честно говоря, ему было на них попросту наплевать. Но он ведь хочет задержаться в этом мире надолго, а кровавый след, который потянется за ним в том случае, если он не одолеет эту проклятую манию, вряд ли позволит эту мечту осуществить. Его начнут искать, попытаются вздернуть. Он, естественно, не захочет умирать и снова будет убивать.
В конце концов он либо превратится во всеобщего изгоя, либо все же умрет. Хотя нет, изгоем он стать не сможет — опять же из-за проклятой мании: пока жнец жаждет убивать, он будет находиться рядом с людьми.
Дай Кварус, чтобы уги помогли ему. Иначе назвать жизнью его дальнейшее существование в Ваго будет сложно.
С такими мрачными думами Джефри подъехал к развилке.
Лорд Лейзон велел ехать направо, и жнец уверенно направил мерина по нужной стезе.
Дорога вела в лес. Судя по всему, этот тракт пользовался популярностью у путешественников — дорога была широкая, два воза легко разъедутся, и ко всему По обочинам валялись колеса со сломанными спицами и чернели останки совсем недавно догоревших костров.
Джефри почувствовал опасность задолго до того, как подъехал к месту засады. Но он и не думал останавливаться, искать обходные пути.
А зачем? Пока он не в силах усмирить свою жажду убийства, лучше не избегать стычек с какими-нибудь лесными разбойниками. За расправу с подобным отребьем его бы только поблагодарили многочисленные купцы, использующие эту дорогу для перевозки различных товаров.
Поэтому, когда дорогу жнецу преградила четверка оборванцев с дубинами, Джефри лишь усмехнулся.
— Стой! — велел один из них, смуглый мужик лет тридцати.
