Тем временем, оттолкнувшись руками от края стены, на мою крышу взмыл первый из нижней тройки. Толкнув себя в сторону телекинезом, я отлетел назад, избегая участи быть подмятым под этой тушей. В месте его приземления пошли трещины, крыша с трудом выдержала вес этой твари.
Отбитое копьё уже остановило своё падение и, делая широкий заход, начало приближаться в спину заскочившего орка. Не повезло. Появился его собрат, заскочивший следом, и без труда перехватил древко моего снаряда у самой спины зеленокожего мудня.
— Дело пахнет говнецом, — отступая назад, прошептал я, лихорадочно обдумывая дальнейший план. С начала нападения прошли считанные мгновения, и, кроме ранения первого заметившего меня орка, я не добился ровным счётом ничего. Оба моих ультимативных снаряда были выведены из строя. Орки банально не стали выпускать из рук мои копья.
Тем временем на крыше появился уже и третий участник. Всей гурьбой зеленокожие бросились в мою сторону, не желая тратить время на гляделки. Давно я так не выкладывался. Эти чертовски быстрые твари не давали возможности продохнуть, атакуя стремительно с разных сторон. Ускоряя себя телекинезом, я исполнял фееричные кульбиты, лавируя буквально в считанных сантиметрах от проносящихся рядом секир и кулаков орков.
Крутанувшись, я в очередной раз сумел избежать смерти, пролетая в воздухе между двумя несущимися навстречу друг другу секирами тварей. Но такой кульбит стоил мне удара сверху вниз от топора третьего участника потосовки. В последнюю секунду я успел сформировать плотный щит телекинеза, и вся мощь удара обрушилась именно на него. Меня швырнуло вниз, крыша дома не выдержала, и я провалился в какую-то комнату, разламывая дубовый стол на две части и на секунду теряя сознание.
Пошатываясь, я выскользнул из клубов пыли. С глухим кашлем из горла вырывались струйки крови, голова всё ещё кружилась. Я ощупал проломленный нагрудник, из-под которого на штанины вытекала густая кровь. Выйдя из комнаты, я оказался в коридоре второго этажа; позади слышался шум запрыгнувшей следом за мной четвёрки орков. В руке возникло большое зелье лечения. Мелочиться сейчас смерти подобно. Откупорив зубами пробку, на ходу опрокинул в себя зелье, чувствуя, как острая боль в районе груди стремительно отступает. Голова всё ещё кружилась. Удар оказался такой силы, что пробил щит из телекинеза, сокрушил пассивную броню и прошёл через стальной нагрудник; ещё и моя спина проломила каменную кладку в крыше дома. Страшно представить, сколько при этом я получил повреждений внутренних органов, но, благо, зелье быстро исправило этот момент. А вот просевшая в раз энергия и последовавшее за этим истощение никуда не делось.
Пошатываясь, я спускался по деревянной лестнице на нижний этаж, придерживаясь рукой о стену, дабы не навернуться с лестницы. Но это мне не помогло: ноги заплелись, и я кубарем преодолел оставшиеся ступеньки до первого этажа дома. Хрипя, перевернулся на спину. Орки уже показались в коридоре второго этажа. В моей руке возник жезл, и пространство разрезала яркая вспышка голубой молнии. Жахнуло что надо! Мрак дома разрезало мерцающим светом, в воздухе появился отчётливый запах озона, а затем и гари. Деревянный проход вспыхнул языками пламени. Орки, закрываясь руками, заревели от болезненных ощущений. Такой же жезл появился и во второй руке, и я вновь жахнул потоком молний.
Отползая назад, я удерживал тварей на месте, не позволяя им спуститься ко мне. Всё свелось к секундам: четыре секунды, пока действуют жезлы, — вот то время, что отделяет меня между жизнью и смертью.
Ревущая в агонии тварь не выдержала и выпустила копьё из рук, и это была её ошибка. Не раз выручавшее меня оружие не подвело и в этот раз. Вместо того чтобы упасть, оно взметнулось вверх, вонзаясь под подбородок зеленокожего ублюдка с хлюпаньем, врываясь ему в мозг. Тот как стоял, так и осел на пол. Послышались тягучие потоки крови, активно хлынувшие на деревянное покрытие пола. Собрав последние силы, что было мочи, я долбанул сконцентрированным импульсом телекинеза. Раздался грохот, не выдержавшие стены разлетелись щепками, как от мощного взрыва, словно рвануло с десяток наполненных маслом бочек. Орки выбили одну из стен, улетая в соседнюю комнату здания.
Притянув к себе оба копья, я спрятал их в кольцо и прыгнул в сторону окна, снося ставни — благо, на мне был мощный имперский доспех, так как пассивная броня не активировалась, — и вывалился на гладкие камни мощёной узкой улочки. Здание охватил пожар, в небо вздымался столб чёрного дыма.
Шатаясь, я понёсся в сторону какого-то переулка, затем свернул ещё куда-то, потом ещё. Так петляя из стороны в сторону, я ввалился в какое-то очередное здание, забаррикадировал дверь и рухнул на пол.
По всей видимости, мне всё же удалось дезориентировать трёх оставшихся орков, так как преследования я не заметил, а так же потому что всё ещё был жив.
Мир в глазах сузился до тонких точек, и вскоре меня поглотила тьма.
