– Мне не положено знать, куда меня ведут? – спросил Икс.
По лицу охранника пробежала тень.
– Обещал не говорить, – проворчал он.
– Понимаю, – сказал Икс.
– Но учитывая, что ты был так любезен по поводу того дела, я все равно отвечу, – добавил охранник. – Водопад, что питает реку… знаешь его?
– Да, – подтвердил Икс.
– Ну вот, а за ним есть туннель, а в конце того туннеля, типа, зал собраний. Повелители ведут там свои дела: кричат, законы принимают, и все такое. – Он помолчал, пока Икс делал первый шаг по ступеням. – Мне сказали, они все тебя ждут. Они весь день занимались всякими разностями, но ты станешь главным блюдом.
Водопад обрушивался с такой силой, что Иксу едва удалось сквозь него пробиться. В конце концов с помощью двух охранников он вышел в длинный каменный коридор, которого никогда раньше не видел.
Никто не разговаривал. Единственными звуками стало потрескивание факелов, гулкие шаги и капеˊль с одежды. Икс догадался, что они подходят к залу собраний. Такое количество повелителей, собравшихся вместе, порождало совершенно ясно определяемую энергию: гул, словно от пчелиного роя.
Словно в подтверждение подозрений Икса, сам переход стал преображаться. Его стены поначалу представляли собой уродливый грубо отесанный камень. Но чем дальше продвигался отряд, тем более гладким становился туннель, так что в конце концов он начал сиять, словно серебро. А еще в стены были вставлены громадные самоцветы. Они мерцали и мигали в свете факелов, которые несли охранники.
В конце туннеля оказалась синяя дверь с причудливой резьбой. Перед ней стояли два стража с пугающими черными ружьями.
Эти стражи были существами более высокого порядка, чем мясистые неуклюжие охранники, и не удостаивали тех вниманием. Они повернулись к двери с отработанной четкостью движений и, не говоря ни слова, открыли ее.
Икс прошел в проем и попал под удар яркого света. Они с охранниками оказались в потрясающем белом амфитеатре, целиком сделанном из белого мрамора. Повелители – сотни повелителей – сидели вокруг небольшой сцены в одеждах настолько цветастых и нарядных, что они выглядели почти как яркое оперение. При виде Икса они прекратили разговоры и стали смотреть, как его сводят вниз по ступеням на сцену.
Сцена была пустой, за исключением одного каменного сиденья и кафедры. Охранники, желая впечатлить повелителей, грубо толкнули Икса на стул и цепочкой удалились наверх.
Глаза у Икса медленно привыкали к свету. Стены амфитеатра напоминали внутренние помещения пирамид: на них были высечены тысячи, а может, и миллионы слов и изображений, а также громадная карта, на которой, похоже, была отражена каждая пядь тюремных помещений. Потолок представлял собой огромный прозрачный купол, поверх которого беззвучно неслась широкая река Низин.
Икс неподвижно просидел совсем недолго: каменный стул начал вращаться, так чтобы повелители, где бы они ни сидели, получили возможность рассмотреть его со всех сторон. Однако собравшимся это быстро надоело, и среди них завязались сотни разговоров. Тем временем стул продолжал вращаться. Икс слушал агрессивные крики, резкий хохот, гневное топанье ногами. С чувством тошноты он смотрел, как лица плывут мимо нескончаемой петлей. Он ждал начала суда… а потом с изумлением понял:
Это и был суд.
Он боролся с паникой. Он взглядом искал в толпе Регента, но не мог найти. Регент ведь должен здесь находиться? Он же сейчас его не бросит? Икс продолжал поиски. Повелителей было слишком много. Их одеяния колыхались. Золотые обручи у них на шеях блестели. Дервиш сидел в центре одного ряда и злорадно пересмеивался с соседями. Не над ним ли они смеются?
Наконец в этой сумятице один из повелителей, низенький, как ребенок, поднялся на сцену. Икс смотрел, как он поднимается на кафедру и требует тишины. Высоким нервным голосом повелитель объявил, что сейчас они заслушают заключительные аргументы, а потом будут голосовать, следует ли оставить заключенного охотником или навсегда запереть в камере.
Заключительные аргументы!
У Икса разбегались мысли. Его укачало на вращающемся кресле. Его фиолетовая рубашка намокла от пота. Рана на ноге под повязкой чуть ли не светилась.
Он закрыл глаза, а когда открыл, то увидел Регента. Наконец-то! Лорд поднялся с места и подошел к сцене.
Прежде чем обратиться к слушателям, Регент наклонился к Иксу и подтвердил то, что ему сказала Рвач: Иксу будет разрешено высказаться, но только один раз. Икс прочел во взгляде повелителя сочувствие и был им тронут. Не подумав, он прошептал:
– Вы были ко мне так добры! Можно мне узнать ваше истинное имя?
Повелитель был потрясен таким вопросом. Он отвернулся, ничего не ответив.
Регент сообщил остальным повелителям, что ему противно даже слышать, что они вообще обдумывают дальнейшее наказание душе, сидящей перед ними. Он напомнил слушателям, что, хотя Икс не совершал никаких преступлений, он провел всю свою жизнь в Низинах, что он учился ползать, ходить и говорить в камере, которая была едва ли больше его собственного тела. Ну, конечно же, он поддался соблазну бежать! Ну, конечно же, он влюбился!
