Он желал им этого от всего сердца. И себе тоже. Потому что знал: людей в Ньюленде не казнили. Даже за убийства. Тем более не казнили детей. Отдай он сейчас этих двоих Рыжему Риану, и их завтра же отправят в приют, где пусть и не каждый день праздник, но точно тепло, сыто и безопасно. А вот окажись они вампирами… Без вариантов: вечером их хорошо прожаренные тела будут мерно покачиваться в цепях на площади Капитула, напоминая всем проникшим под купол упырям, что инквизиция Ньюленда ничем не гнушается в вопросах защиты своих людей. Чеслав Рутковский не гнушается ничем.
Он смерил мальчишек долгим взглядом и задал простой вопрос, решавший всё:
— Вы упыри?
Младший почему-то повернулся к старшему, а старший, не отводя взгляда от Чеслава, громко сглотнул и, покрепче прижав к себе брата, отрицательно мотнул головой.
Чеслав кивнул.
— Ладно. Сейчас придёт наш врач. Она осмотрит вас снова, так же как вас смотрели при проходе под купол. При мне и ещё двух свидетелях. Если на ваших телах нет метки Зверя… Знаете, что такое метка Зверя?
Старший кивнул, младший по-прежнему пялился на брата и на вопрос не отреагировал.
О метках Зверя знали все, даже те, кто никогда их не видел. Шрамы от ядовитых клыков обратившего вампира оставались на теле обращённого навеки, их невозможно было вывести или замаскировать. В практике Чеслава имелись случаи, когда некоторые «везунчики» избавлялись от меченной конечности… Но через некоторое время им либо приходилось уродовать себя снова, либо их выдавала нечеловеческая регенерация.
— Хорошо, — продолжил Чеслав. — Если меток нет, вас заберёт следственный отдел. Если есть, я проведу обязательные дополнительные тесты, задокументирую результат и сожгу вас заживо в Лучах Бога. Это очень больно… И с единственно возможным результатом — вы умрёте. Всё ясно?
— У нас нет меток, — проговорил старший пацан. — Не надо пугать.
— Кто убил мужчину, рядом с которым вас нашли? — вновь спросил Чеслав.
— Я, — глухо отозвался старший.
Чеслав удивлённо хмыкнул. Такой искренности он тоже не ожидал.
— Зачем?
Пацан молчал.
— Вы его знали?
Он кивнул.
— Вы пришли сюда вместе?
Тишина.
— Он был вашим родственником?
Низко опущенные головы.
— Отцом? Отчимом? Кем?
— Это неважно, — пробормотал старший. — Он заслужил.
Чеслав очень надеялся, что так оно и было.
— Почему мелкий весь в крови? — чуть мягче спросил он.
— Пытался меня оттащить, поскользнулся, упал, — ровно, как-то заученно отозвался старший.
Чеслав прищурился, рассматривая его. Могло ли такое объяснение оказаться правдой? Наверное… да.
— Как тебя зовут?
— Марко.
— А он, значит, Стефан?
— Да.
— Почему он молчит?
Марко слегка дёрнул плечом.
— А о чём ему с тобой говорить? Тебе меня мало?
Чеслав усмехнулся и хотел сказать, что лучше бы, конечно, им обоим научиться держать язык за зубами, но в этот момент дверь распахнулась, и в камеру вошла Криста Беккер, а за порогом в нерешительности замер здоровяк Рыжий Риан. «Тоже не ожидал увидеть детей», — понял Чеслав и протянул ему руку.
— Мои поздравления, Кап, — мимоходом пробормотала Криста и, достав пульт от лампы, принялась регулировать освещение.
Рыжий Риан явственно вздрогнул от звука её голоса, оторвал взгляд от мальчишек, перевёл его на Чеслава и, заметив, наконец, протянутую ладонь, сжал её своей огромной ручищей.
— Привет, Кап, — Рыжий Риан не был его подчинённым, но они часто пересекались в совместных операциях, и здоровяк давно уже обращался к нему так же, как весь инквизиционный блок, где Чеслава сперва прозвали Капелланом, а потом сократили до Капа. — Ну? Смотрим и отдаёшь мне? Они сказали, что случилось?
Чеслав высвободил руку.
— Сказали пока мало. Давай глянем, а там решу.
Беккер установила оптимальный уровень освещённости, убрала пульт, вытащила из-за пазухи раскладной планшет с чистым протоколом осмотра и, глянув на молчаливых мальчишек, щёлкнула пальцами:
— Кируби, включи периметр и сними с них кандалы.
В коридоре вспыхнули УФ-прожекторы, Кируби прикрыл дверь и, подойдя к детям, быстро избавил их от тяжести цепей. Чеслав заметил, как Рыжий Риан в этот момент напрягся, как пальцы дёрнулись к оружию. Однако подозреваемые продолжали успешно изображать обычных испуганных подростков.
— Раздеваемся, — скомандовала Криста и, выдохнув облачко пара, добавила: — По очереди. Сперва младший. И сразу диктуем имя, возраст… если знаете — точную дату рождения.
— Стефан Андрич, — пробормотал старший из братьев, начав быстро и ловко, будто занимался этим постоянно, помогать младшему снимать одежду.
Криста кивнула, внося данные в протокол.
— Возраст?
Пацан вдруг замялся, пальцы на миг замерли на узле верёвки, служившей его брату поддерживающим штаны поясом.
— Эм… Десять… — неуверенно пробормотал он.
— Не знаешь, сколько лет брату? — удивился Чеслав.
Марко дёрнул плечом и вновь взялся за узел.
