Слегла Иветта в первые дни лета красного. С вечера ещё ходила в добром здравии, а в ночь тёмную занедужила. Лихорадка охватила женщину, грудь словно огнём жгло. Лекарей к ней вызвал Рейган Асвен, да только те лишь руками развели. Запущенный случай лёгочной болезни, увы, не поддавался лечению. Могли они лишь агонию её продлить настойками поддерживающими, а вылечить не под силу было. Не любил Дамир жену свою, но на лечение от недуга не поскупился. Всё он перепробовал, лишь бы на ноги Иветта встала. В «Журавль» слуг своих не раз отправлял, да только поздно было лечение начинать, время упущено безвозвратно. Несколько недель пролежала в постели немощная и вмиг осунувшаяся Иветта, а в ночь, когда луна на убыль пошла, тихо и мирно уснула с блаженной улыбкой на губах. Да так больше и не очнулась ото сна своего безмятежного. Схоронил её Дамир и из жениха незавидного, да мужа нелюбимого, превратился парень во вдовца бездетного, которого все стороной обходят.
Шептались люди в округе, мол проклятие рода на новый виток пошло, женщинам в семью вошедшим теперь не в родах суждено в мир иной отправится, а в горячке мучительной сгореть, не прожив и года с мужчиной по фамилии Асвен. Сторонились Дамира барышни, а отцы дочерей рьяно берегли от взглядов вмиг постаревшего Рейгана. Во всём мире огромном лишь двое друзей поддерживали Дамира, не отвернувшись от парня, что несчастье нёс на плечах своих: демон Азель и ведьма Азалия.
Всё чаще вечера втроём они проводили в поместье Мист, под неодобрительные взгляды семейства Филс, но ни Азель, ни Дамир значения тому не предавали. Асвен траур старался блюсти, хоть и особой грусти в себе не находил. С Азалией сблизиться не пытался, но отчаянно желал этого. Девушка же словно черту невидимую меж ними провела. Любви своей не отрицала, но на чувства его не отвечала, всё твердила о том, что судьба противится. А чему противится? По причине какой? Не пыталась объяснить ведьма, а Дамир спросить опасался. Вдруг та тонкая нить, что связывает их, тотчас порвётся, едва он с расспросами в душу Азалии полезет? Так и молчали оба, не пряча глаз влюблённых. Так бы и далее текла река жизни, разделяющая два берега, на которых застыли словно безмолвные изваяния Дамир и Аза, если бы однажды капризная судьба не сжалилась над влюблёнными, столкнув одного из них с человеком, повлиявшим на ход событий.
Дряхлый седой старик, опираясь на изящную деревянную трость, вошёл в двери лавки «Журавль». Колокольчик приветливо зазвенел, извещая о приходе очередного посетителя. В тот день одна Азалия на рабочем месте находилась. Поднявшись со стула улыбнулась она и к гостю поспешила:
- Добрый день, чем могу вам помочь? Ищете что-то определённое или предпочтёте сделать заказ?
- А на разговор обычный могу ль напроситься, красавица?
- Отчего же не скоротать время за беседой непринуждённой с добрым человеком. Могу вас чаем угостить с булочками домашними.
- Соглашусь, если работе твоей, помехой не стану.
- День пустой сегодня, клиентов по пальцам пересчитать можно. Оттого и сижу здесь одна, скучаю. Коли одиночество моё скрасить решитесь так я супротивничать не стану.
- Тогда разреши представиться, милая. Имя моё Нокс Салливан. Тебе конечно не скажет оно ни о чём, однако обитал я некогда в краях ваших. Правда, давно это было.
- Азалия Журавлёва, хозяйка этой лавки.
- Азалия… красивое имя. Только фамилия больно непривычна для слуха. Откуда же ты, деточка?
- Из другого мира пришла я. Вслед за наставницей своей.
- И кто же обучал тебя премудростям ведьмовским? Позволишь поинтересоваться?
- Регина Мист, всеми умениями своими ей я обязана.
- Мист, - многозначительно качнул головой Нокс. – Знакома мне фамилия эта, более чем знакома. Известна она была в пору моей молодости, до случая того несчастного, непоправимого.
- Вам, что-то ведомо о нём?
- Много событий я повидал, память о которых в голове моей непутёвой хранится, недаром восемьдесят годков на свете прожил.
- Почтенный возраст, - признала Азалия. – Расскажите, что знаете. Интересно послушать мне о случившемся и узнать всё с иной стороны.
- Расскажу, отчего же не рассказать, да только позже немного. Успеем мы с тобой наговориться. Надолго задержусь я в родных краях.
- Вы вернулись по какой-то причине, определённой?
- Так и есть. К ведьме я сильнейшей ехал, чтобы от недугов избавиться помогла, страдания облегчила. К тебе я ехал, а как увидел так дара речи лишился. Вот, говоришь мне, что Журавлёва ты и ученицей Регине приходишься?
- Всё верно, - подтвердила Азалия.
- Как бы не так! – изрёк старый Нокс. – Как же можешь ты быть простой ученицей, если кровной родственницей являешься? Регине-то.
- Почему вы так решили? – опешила девушка.
- Знавал я девиц из рода Мист. И Регину, и дочку её.
- Агнессу, - эхом отозвалась Аза.
- Её самую, - подтвердил старик. – Знаешь, как вычислил я ложь твою, деточка?
- И как же? Поведайте.
- Все женщины Мист похожи друг на друга словно близнецы. И ты одна из них. Только вот не пойму кем приходишься… имя мне твоё незнакомо.