- Если всё так, как вы говорите, отчего же никто не признал во мне истинную представительницу рода и с лёгкостью за чистую монету приняли обман?
- Всё потому, Азалия, что не сталкивалась ты ещё с теми, кто застал девиц Мист в здравии. Ведь давно исчезли они из мира нашего. Пятьдесят лет прошло, мало кто помнит те события и хранит память о клане ведьм.
- А вы?
- Я помню, деточка. Всё-всё помню!
- И про гибель Агнессы знаете?
- Отпираться не стану, знакома мне та история, не понаслышке. Так кто же ты, Азалия?
- Внучка Регины… дочь Агнессы Мист.
- Дочка Агнессы? – взволнованно произнёс Нокс. – Быть того не может! Ведь тебе уж полвека должно исполниться!
- В том мире, где мы спрятались с бабушкой, время идёт по-другому. ТАМ, прошло всего восемнадцать лет.
- Восемнадцать значит… вот оно что! Да… не думал я, что жива ты ещё… даже не догадывался о том.
- Вы хорошо знали маму и бабушку?
- Знал, милая, знал. Но не будем сегодня о грустном, ты лучше о себе мне поведай. Как жила, что любила в детстве? Жених-то верно есть у тебя? А Регина умерла ведь. Как же ты одна-то справляешься? Совсем никого нет у тебя. И я, Азалия, тоже как перст одинок.
Говорили Нокс и Азалия. Долго, неторопливо. Беседа их до позднего вечера затянулась. Рассказывала девушка старику незнакомому как на духу жизнь свою, ничего не тая. Наверное, впервые в жизни выговорилась Аза, и в тот момент словно камень с души её упал. Головой качал Салливан, подбородком на трость опирался, да слёзы старческие с глаз смахивал. Девушку за руку держал, ладони её поглаживая сухими сморщенными пальцами. А она всё говорила, пуская Нокса в самые потаённые уголки души. Прониклась девица к старику седовласому, в сердце своём место для него отыскала.
- Я ведь тоже одинок, милая. Состояние нажил, а оставить некому. Наказала судьба меня за ошибки молодости, за злодеяния чудовищные. Не дала мне ни жены, не детей. Сначала сам не желал я семьёй обзаводиться, а когда волком от одиночества взвыл – вот тут-то и отыгралась она на мне. А с тобой мы частенько видеться будем, если позволишь конечно.
- Не против я, тем более с бабушкой и мамой вы были знакомы, обещали о жизни их поведать.
- Обязательно всё я тебе открою, Азалия. Только прости, старика, не сегодня. Устал я…
- Возьмите зелье сил придающее, вмиг вам полегчает.
- Спасибо за заботу и за душу твою чуткую. Зелье приму обязательно. Много мне сил теперь потребуется. Ой, много.
- А где вы остановились?
- В гостевом доме, что у центральной площади.
- Можете в любое время ко мне в поместье прибыть, на лошадях или через портал пройти. Я вашему обществу рада буду.
- Приду к тебе я, непременно приду.
С тех пор так и повелось, что ни день, то Нокс Салливан к Азалии отправлялся. Она его рассказами из жизни своей забавляла, старик же о прошлом с ней говорил. Всё что знал о жизни и смерти Агнессы поведал без прикрас. В грехах молодости своей повинился, раскаиваясь перед ведьмой, словно могла она очистить душу его. Азалия силой чудодейственной обладала, даровала она людям прощение, освобождая от груза непомерного, и Нокса не обделила девушка. Регулярно зелья он пил, приготовленные внучкой Регины и на глазах болезни оставляли немощное тело. Через пару недель дружбы той странной, между девицей на выданье и стариком, пригласила Азалия Салливана в поместье её пожить. Очень удивил Дамира поступок девушки, да вовремя вспомнил он, что и его она привечает в доме своём, простив обиду нанесённую. Так почему не может старика к себе взять, на время? Знал Асвен, что прибыл Нокс Салливан издалека, в надежде, что новоявленная ведьма возьмётся за лечение его. И Азалия не подвела. Так быть может, это приглашение, жить в одном доме, облегчает девушке задачу по целительству?
Думал об этом Дамир, всё хотел с ведьмой своей любимой побеседовать, чтобы от неё узнать о причинах столь странного решения. Да вскоре не до того ему стало…
Замечал Дамир изменения, что с Азалией происходить начали. Вдруг в один день изменилась она. Потянулась к вдовцу молодому, словно не было меж ними размолвки той, из-за женитьбы его внезапной.
«Неужели смогла позабыть Аза и про Иветту, и про брак мой неудачный?» - задавался Дамир вопросами, подмечая важные изменения, влияющие на поведение Журавлёвой.
Всё чаще ласкаться стала она нему, обнимать позволяла, а однажды решился он в щёку поцеловать её. Не воспротивилась Азалия, лишь зарделась и лицо пылающее, на груди его спрятала. В то время старик Нокс в гостиную зашёл, где молодые на диване кожаном сидели перед камином. Качнул Салливан головой одобрительно и застучав своей тростью на кухню отправился. Сидел Дамир ни жив ни мёртв, пошевелиться боялся, чтобы робкую девушку не спугнуть. Чувствуя в душе зарождение радости нечаянной, наблюдал мужчина как сухие дрова в камине, взрываются искрами трескучими, а языки пламени сливаются в прекрасном танце. Умиротворение окутывало каждую клетку его тела овевая живительным теплом.
- Аза… ты станешь моей женой? – еле слышно прошептал Асвен, поддавшись сиюминутному порыву.