Кивнула и неохотно отстранилась от лорда. На коже и одежде до сих пор сохранился его запах: горчинка осеннего дня. Хотелось уткнуться носом в собственный рукав и упиться создаваемой парфюмом любовника иллюзией защищенности.
Лорд подошел к камину и опустился возле него на корточки. Руки легли на гладкую облицовку. Странно, хозяева замка давно мертвы, а камину ничего не сделалось. Идеальный черный базальт. Наверху, на колпаке, тоже каменном, — грубо высеченная голова волка.
Пара движений, и от камина к пальцам Эллана потянулись разноцветные нити. Как завороженная, наблюдала за тем, как энергия перетекала из источника в лорда. Эллан даже начал светиться. Со стороны смотрелось жутковато.
— Все в порядке, — не оборачиваясь, заверил лорд. — Тут безопасно. Садитесь рядом и давайте руку. Даже интересно, что с вами произойдет.
Не нравятся мне его эксперименты! Хватит с меня остановки сердца и прочих фокусов, которые проделывал Эллан, стремясь понять, так ли я устроена, как навсеи.
— Дария, не бойтесь. Энергия нейтральная.
Лорд встал. Его окружал ореол, как на изображениях Вседержителей. Волосы цвета спелого каштана превратились в серебристые: так сильно преобразили их искры энергии, с шипением срывавшиеся вниз, на выщербленные плиты пола. Эллан легко смахнул их, вернув себе прежний вид.
Зачем мне энергия? Дар слабенький, колдовать все равно не умею. Эллан — другое дело. Ему энергия жизненно необходима. Но лорд не желал слушать возражений, ухватил под мышки и поставил возле камина. Пришлось коснуться камня.
Кончики пальцев засвербели. Их кольнули десятки невидимых иголок. Тело обуяло странное ватное тепло, словно я очутилась в мягком коконе пледа. Быстрее заструилась по жилам кровь, сердце, наоборот, забилось медленнее.
Прикрыла глаза и отдала себя на волю волн энергии.
Так хорошо, так спокойно, век бы стояла.
Увы, Эллан думал иначе. Он вырвал из объятий источника и кинул на пол. Больно ударившись, в недоумении взглянула на лорда: за что он так со мной? И ахнула: там, где мгновение назад я млела от неги, зияла дыра.
— Просто чудесно, Дария! — сквозь зубы процедил Эллан. — Ловушка! Вы ведь это тогда слышали?
Лорд прищелкнул пальцами, и в ушах раздался мамин голос: ««Уходи, откуда пришел, ланг, я не верю ни единому слову!»
Из глаз потекли слезы, а потом вспомнила: взрыв. Филипп уничтожил зал, отчего же все стены целы?
Вскочила и поспешила к Эллану.
— Все ил-л-люзия? — едва не прикусила язык от страха.
— Полагаете, универсальные источники для всех желающих устанавливают по доброте душевной? — сердито прошипел лорд. — Одно дело — светлый, другое — такой. Спасибо, я вовремя заметил.
— Можно подумать, я виновата!
Потерла скулу. Кажется, вскочит синяк.
— Нет, конечно, — уже спокойнее ответил Эллан. — Просто не стоило сюда приходить. Видите, к чему приводит сентиментальность? Эмоции — ловушка, подарок для врага.
— Значит, я враг, — чуть слышно прошептала в ответ, опустив глаза.
Эллан услышал и метнул на меня очень странный взгляд. В нем последовательно сменилась вся гамма эмоций; губы плотно сжались.
— Что вы чувствуете? — деловито осведомился лорд.
Он окутал нас серебристым облачком. Оно почти мгновенно слилось с воздухом.
— Пока ничего. — Вряд ли Эллан спрашивал о моих ощущениях — о духах.
Хотела обнять Эллана, но тот не позволил. Видимо, чтобы оставить руки свободными. И он прав, желанием защититься теплом чужого тела можно подписала обоим смертный приговор. Равно как и выяснением отношений. На месте Эллана я бы давно на себя прикрикнула.
Молчаливые тени. Они выстроились полукругом, отрезая пути к отступлению. Готова поклясться, прежде их тут не было.
Духи молчали, но кожей чувствовала: сейчас повторится полный боли и страданий вой, от которого некогда едва не сошла с ума.
— Ну? — нетерпеливо поторопил Эллан, перебрасывая посох из руки в руку, легко, как пушинку.
— Мы в ловушке, — опустив голову, признала правоту любовника и тихо добавила: — Прости.
Не могла я ему сейчас сказать «вы».
Дрожала, ощутив внезапный могильный холод. Посреди голых камней он казался и вовсе нестерпимым.
Не прижаться, не уткнуться лицом в грудь Эллана. Он наверняка все чувствовал, но не спешил раскрывать объятия. Правильно, милый, не надо. Пока ты утешаешь, подкрадется смерть.
Неужели сейчас вновь появится Шепчущий? Помнится, в прошлый раз он заманивал точно так же — маминым голосом. Видимо, Шепчущий каким-то непостижимым образом выяснял тайны и страхи каждого, создавал иллюзию, запускал в зал и отбирал душу.
— Мамы здесь никогда не было, верно? Голос — обманка?
Эллан не ответил и поднял палец, призывая к тишине.
Голос зазвучал вновь, явственно, отчетливо.
Перед Элланом сгустилась дымка, воздух пошел рябью — лорд плел очередную паутину колдовства. Пальцы работали быстро и четко, без единого слова. Предельно сосредоточенный Эллан уставился в одну точку, со стороны казалось, он окаменел.
Сотканная же из воздуха картина обретала материальность.
