В полутьме, стоящей на площадке, лица девушки почти не было видно, но Кирилл понял, что она плачет, то и дело вытирая тыльной стороной ладони глаза. Темноволосая незнакомка была так погружена в свои мысли, что увидела парня только тогда, когда он встал.
– Эй, – позвал он. – Ты чего?
Она ничего не ответила и даже головы не подняла. Отступила лишь на шаг.
– Парень, что ли, бросил? – спросил первое, что пришло на ум, Кирилл. Из-за чего девчонки в таком возрасте могут плакать?
– Нет, – тихо ответила она. И он тотчас понял, что попал в точку.
– Да ладно, – мягко рассмеялся Кирилл, держась за стену – так сильно кружилась голова. – Бросил и бросил. Другого найдешь.
– Не найду, – едва услышал он ее голос. И темноволосая вдруг всхлипнула случайно, сама этого испугалась и зажала рот ладонью – рукав трикотажной серой кофты, выглядывающей из-под пуховика, достигал почти до середины тонких пальцев, и смотрелось это мило, придавая ее образу хрупкость.
– Ну чего ты, успокойся, – сказал музыкант миролюбиво. Девчонку стало жалко – вдруг вспомнилась Жанна. И то, как больно было, когда он все узнал. Тогда ему было фигово. Наверное, так же фигово, как этой малышке.
И Кирилл захотел успокоить ее. Почему именно таким способом – и сам не знал. Слишком хрупкой она казалось, нежной и беззащитной.
Такой, как Жанна?
Возможно.
– Эй, – позвал Кирилл, – ты красивая. Посмотри на меня?
Он вдруг ласково взял ее за подбородок, наклонился и попытался поцеловать. Но не успели его губы накрыть ее губы, как девчонка оттолкнула его, ударила по плечу – не больно, потому что сил у нее не было, и убежала – прямиком в громкую квартиру художника, дверь в которую была приоткрыта.
А Кирилл лишь облизнул губы, на которых остался привкус ее слез. Романтики не получилось.
Долго жалеть о том, что ничего не получилось, Кирилл не стал – постоял еще немного, держась рукой за стену, а после и сам пошел в квартиру художника, зайдя в какую-то темную странную комнату и рухнув на нечто, напоминающее круглый диван. Алкоголь полностью поглотил его.
Утром он проспал. А проснувшись, понял, что опаздывает на самолет. А потому в спешке и не взял гитару, за что сам себя едва не убил потом – так жалко было расставаться с любимым инструментом. А самое обидное было в том, что Кирилл даже не помнил адреса, где оставил гитару. И уже навеки с ней распрощался.
Длинноволосую девушку он тоже не вспоминал – до сегодняшнего дня.
– Что-то не так? – удивленно посмотрела на него Катя уже на кухне. Ее волосы оставались такими же – длинными, темными, тронутыми легкой волной. Но сейчас девушка ловко их заколола, забыв собрать тонкую короткую прядь, которая теперь полукольцом лежала на ее шее.
– Нет, все хорошо, – улыбнулся Кирилл, которому было смешно от того, как все получилось. Более того, он оказался рад такому повороту – обожал сюрпризы. Иногда ему казалось даже, что все, что способно его развлечь – это внезапности.
– Устал после перелета. Ненавижу самолеты. К тому же, из Москвы к вам пришлось лететь эконом-классом – бизнес был занят. Рядом со мной сидела маленькая девочка и отобрала у меня шоколадку, – пожаловался Кирилл Кате.
– Еще бы, – весело откликнулась девушка, – привык летать на своем частном лайнере!
– Это общий лайнер! – возразил он. – Мне там выделен лишь уголок в хвосте. А стюардессы обходят меня стороной.
– Бедняжка, – всплеснула руками Катя. Она открыла холодильник, чтобы достать продукты.
– Кать, я не голоден, не надо, – запротестовал Кирилл.
– Ты – мой гость, – возразила она. – К тому же мне хочется попробовать новый рецепт запеканки.
– А я могу помочь? – тотчас предложил парень.
– Почистишь лук?
– Лук?! Ты хочешь, чтобы я плакал?
– Твой друг заставил плакать мою подругу, а я – тебя, – отозвалась весело Катя. – Это месть!
И она действительно протянула парню разделочную деревянную доску и нож. А следом – и несколько луковиц.
– Режь не кольцами, а кубиками. Сможешь?
– Я все смогу. Я же суперстар. Вот Геката скотина! Из-за него я должен реветь, как девчонка, – возмутился Кирилл, понимая, что это – своего рода игра. Однако за чистку лука взялся. Почти сразу в его глазах появились слезы, а в носу защипало. Катю отчего-то все это веселило.
– У тебя какие-то косые кубики, – возмутилась она, видя, как старается Кирилл.
– Да я в жизни лук не резал! Откуда мне знать, как и что делать? – возопил парень.
– Я недавно тоже почти ничего не умела. Все готовил Леша. Давай, покажу как, – рассмеялась девушка. Она взяла из его рук нож – их пальцы соприкоснулись. Катя, казалось бы, ничего не почувствовала, а Кирилл едва заметно вздрогнул. Девушка, не понимая, что он чувствует, взяла нож и сделала на луковице продольные надрезы, после развернула ее и стала резать перпендикулярно им. Получалось это у нее не то, чтобы как у профессионального повара, но довольно-таки неплохо.
– Понял, как? – спросила Катя.
