Затем он быстро обнял меня и исчез в вагоне. Через окно я наблюдала, как он нашел место для сидения, с противоположной стороны платформы, сел и уставился в окно.
Раздался гудок, паровоз заворчал и тронулся вперед. Я махала, пока последний вагон не исчез из виду, несмотря на то что Уилл ни разу не оглянулся. Только когда поезд растаял в голубой дымке, я заметила, что возле меня стоит шериф Джефрис.
Наступил декабрь. Приедет ли Френк домой до Рождества? Думаю, что нет. Кроме Уилла, ни один солдат еще не вернулся в Пратер Джанкшен, хотя газеты предсказывали, что первые ребята приедут домой до конца месяца. Я не знала, что и думать по поводу возвращения Френка домой. Уже прошло практически две недели с получения последнего письма.
Может, он был ранен до окончания военных действий? Или, как Уилл, отравился газами и из-за этого был слишком слаб, чтобы писать или отправиться в путь?
Но однажды я достала письмо из почтового ящика и увидела знакомый почерк Френка.
Мисс Хэндрикс!
Спасибо за ваше письмо и за рассказ о моей семье. После того как я узнал о кончине Адабель, я все еще продолжал получать от нее письма. А затем вообще ничего не приходило. Но, получив ваше письмо, я вновь обрел надежду. Иногда я думаю, что вы ангел, а не человек; вы приехали и стали заботиться о моих детях, моем доме, не имея с нами никаких родственных связей, кроме доброты вашей тети по отношению к нашей семье. Адабель говорила о вас. Вы знаете об этом? Она скучала по вам и вашему брату, ей было неприятно, что она разругалась с сестрой, хотя об этом она никогда не упоминала. Я думаю, что она считала мою семью своей. И нам это было приятно, у нас с Кларой тоже никого не было. Я думаю, она была для детей бабушкой, это определение подходило ей лучше всего.
Извините за пустую болтовню. Наверное, это не совсем то, чего вы ожидаете от письма незнакомца.
На самом деле истинная причина моего письма в том, что вскоре я сяду на корабль, идущий в Штаты. Несколько дней я проведу на военной базе, а затем постараюсь как можно скорее добраться домой. Мне бы не хотелось, чтобы вы жертвовали своей жизнью дольше, чем это необходимо.
Искренне ваш,
Затем я пробежала глазами еще одну страницу письма, которую он посвятил своим детям, и обнаружила слезы на своих щеках. Френк ехал домой! Эта мысль окрылила меня и испугала. Раньше его возвращение домой означало, что я свободна и могу ехать к Артуру. Теперь же я не знала, что это значит. Я лишь знала, что у меня нет никакого желания возвращаться обратно в Даунингтон.
Я уставилась на дату в письме: 18 ноября 1918 года. Быстрый подсчет подсказал мне, что он может приехать в любой момент. Мне нужно составить планы на будущее. И как можно скорее!
Я прочла письмо Френка детям перед сном и сказала им, что папочка скорее всего уже начал свое путешествие домой. Мальчики выглядели немного смущенными, а глаза Олли засияли, как тысячи звезд на ночном небе. Она села возле меня, когда малыши легли спать. Я откинулась на диване и закрыла глаза, все внутри у меня пищало, как котята в мешке.
— Расскажи, как дела в школе, Олли. — Почувствовав, как она прижалась ко мне, я обняла девочку и притянула ее ближе.
— Гарланд Уинстон вырезал свои инициалы на дереве вместе с инициалами Нолы Джин. Она, конечно, вопила, но, по-моему, ей понравилось.
Я подняла голову и открыла глаза.
— Нола Джин еще недостаточно взрослая, чтобы думать о таких вещах.
Олли пожала плечами.
— Она уже практически взрослая. Ей четырнадцать. Мама вышла замуж за папу, когда была не намного старше Нолы Джин.
Ирен говорила, что Клара и Френк поженились молодыми, но больше ничего не добавила.
— Расскажи мне о своих родителях.
Олли уставилась в дальний угол комнаты и нахмурилась, вспоминая.
