На крыльях орла полностью

Перо оставил Стоффера на автомобильной парковке и скрылся в здании нефтяной компании.

Он обнаружил Саймонса в небольшом кабинете, зарезервированном для Перо. Саймонс поглощал арахисовые орехи и слушал переносной радиоприемник. Перо предположил, что эти арахисовые орехи заменили ему обед, а приемник использовался с целью заглушить любые подслушивающие устройства, которые могли быть спрятаны в помещении.

Они обменялись рукопожатием. Перо заметил, что Саймонс отращивает бороду.

– Какие дела? – поинтересовался он.

– Хорошие, – ответил Саймонс. – Парни начинают становиться единой командой.

– Теперь, – промолвил Перо, – вы понимаете, что можете исключить любого члена команды, которого сочтете недостаточно подготовленным. – Парой дней ранее Перо предложил добавить к команде человека, который знал Тегеран и имел значительный военный опыт, но Саймонс отверг эту кандидатуру после короткого собеседования со словами: «Этот парень верит в свой собственный треп». Теперь Перо интересовало, не обнаружил ли Саймонс в течение тренировочного периода недостатки у кого-либо из его сотрудников. Он продолжил: – На вас возлагается командование спасением и…

– Такой необходимости нет, – отрезал Саймонс, – я не хочу никого отбраковывать. – На его лице засветилась мягкая улыбка. – Они действительно являются самой умной командой, с которой я когда-либо работал, и это создает проблему, поскольку парни считают, что приказы надо обсуждать, а не повиноваться им. Но они учатся отключать свои мыслительные рычаги, когда это необходимо. Я совершенно четко дал им понять, что в определенный момент игры дискуссия прекращается и следует переходить на слепое повиновение.

Перо улыбнулся:

– Тогда вы за шесть суток достигли большего, нежели я за шестнадцать лет.

– Здесь, в Далласе, больше делать нечего, – констатировал Саймонс. – Наш следующий шаг заключается в переезде в Тегеран.

Перо кивнул головой. Возможно, ему представлялся последний шанс отменить операцию «Спешка». Как только команда покинет Даллас, они окажутся за пределами досягаемости и выйдут из-под его контроля. Жребий будет брошен.

«Росс, это идиотский замысел. Ты погубишь компанию и погубишь себя».

«Черт побери, Росс, невозможно составить перечень всех тех законов, которые ты собираешься нарушить!»

«Вместо двух человек в тюрьме у тебя может оказаться восемь погибших виновных сотрудников».

«Ну, есть вот этот мальчик из Тексарканы, который несколько лет добивается его…»

– Когда вы хотите отправиться? – поинтересовался Перо.

– Завтра.

– В добрый путь, – бросил Перо.

В то время как Саймонс беседовал с Перо в Далласе, Пэт Скалли – самый неумелый лгун на свете – находился в Стамбуле, пытаясь навесить лапшу на уши пройдохе-турку.

Господин Фиш был агентом бюро путешествий, который оказался истинной находкой, сделанной Мервом Стоффером и Т. Дж. Маркесом во время декабрьской эвакуации. Они наняли его для организации перевалки эвакуированных в Стамбуле, и этот человек буквально творил чудеса. Он забронировал всем номера в «Шератоне» и организовал автобусы для транспортировки из аэропорта в отель. Когда эвакуированные прибыли, их ожидал ужин. Его отправили в аэропорт для получения багажа и таможенной очистки оного, и вся кладь, как по мановению волшебной палочки, появилась в отеле. На следующий день детям были показаны фильмы по видео, а для взрослых организованы экскурсионные поездки, дабы обеспечить всем возможность скоротать время в ожидании рейсов на Нью-Йорк. Господин Фиш сумел устроить все это в то время, когда большая часть персонала отеля бастовала, – Т. Дж. позднее узнал, что госпожа Фиш лично стелила постели в гостиничных номерах. Как только были зарезервированы последующие рейсы, Мерв Стоффер пожелал размножить листок с инструкциями для раздачи эвакуированным, но копировальная установка отеля была неисправна. Господин Фиш притащил электрика, чтобы отремонтировать ее, в пять часов воскресным утром. Ему удалось осуществить это.

Саймонса все еще волновала проблема контрабандного ввоза «вальтеров ППК» в Тегеран, и, когда он услышал, каким образом господин Фиш произвел очистку багажа эвакуированных на турецкой таможне, он предложил попросить того же самого человека решить проблему с оружием. 8 января Скалли вылетел в Стамбул.

На следующий день он встретился с господином Фишем в кофейне «Шератона». Господин Фиш был крупным тучным мужчиной под пятьдесят лет, облаченным в одежды невыразительного цвета. Но в проницательности ему было не отказать. В этом отношении Скалли и в подметки ему не годился.

Скалли сообщил ему, что «ЭДС» требуется помощь по двум проблемам.